Скай выдвинулся из-за колонны, прошел наискосок три каменные плитки в направлении внутренней стены и остановился, не доходя до нее нескольких шагов, затем вынул из кармана руну.
— Иса, — произнес он, — вызов.
Положив камень на землю, Скай шел вдоль стены, пока не оказался в точке, удаленной от колонны так же, как и первая, где лежала Иса. Там он разместил другой камень.
— Гебо. Дар.
Несколько секунд Скай рассматривал получившийся равнобедренный треугольник. Дальше он принялся выкладывать второй такой же: пройдя вперед, опустил на землю следующий камень.
— Кеназ. Факел.
Настала очередь предпоследней руны из расклада Ская.
— Беркана. Искупление, — прошептал он с облегчением, оставляя кругляшок.
Это означало, что последней руной станет именно та, которая и должна была, по замыслу Ская, завершить рисунок.
— Наутиз. Руна судьбы, — сказал он, кладя камень и дочерчивая таким образом одновременно второй треугольник и пятиконечную звезду — пентаграмму.
И в этот самый момент появилась она. Скай уловил ее — прежде чем увидел — обострившимся, как и прочие чувства, слухом. Тихий скрежет когтей о металл.
Что-то зашевелилось в густых тенях в дальнем конце двора, проскользнуло в отверстие решетки в верхней части железных ворот, задержалось там на мгновение, а потом прыгнуло и бесшумно приземлилось на мягкие лапы. Негромко рыкнув, рысь направилась по проходу между каменными колоннами к тому месту, где стоял Скай.
— Кристин, — тихо позвал он, выступив из мрака.
Из темноты показался комок шерсти и ринулся на него. В мгновение, когда большая кошка летела на Ская, а он, пошатнувшись, делал шаг назад, в голове промелькнула запоздалая мысль — а не совершил ли он чудовищную ошибку? Что, если Сигурду все известно и это дед бросился на него, готовясь вонзить в горло клыки и острые как бритва когти? Но из открытой пасти выскользнул шершавый язык, и рысь принялась радостно облизывать щеки юноши. Следом послышался хорошо знакомый голос.
— Скай! — крикнула Кристин.
Оклик исходил прямо из горла животного, губы при этом не шевелились.
— О Скай!
В глазах зверя пылал огонь. Теперь, вблизи, Скай разглядел кое-что еще — темные пятна вокруг пасти, на шее и на груди. Руки юноши, в которых он держал лапы рыси, стали влажными.
— Кристин, ты такая тяжелая! Я…
Кошка встала на четыре лапы и незамедлительно ткнулась мордой в ноги Ская, мурлыча от удовольствия.
— Знаю! И это сплошные мышцы. А мышцы тяжелее жира. Это известно каждой девушке!
Рысь запрокинула голову и несколько раз рыкнула, что, несомненно, должно было означать смех.
— Что это, Кристин? — спросил Скай, показывая ей липкие ладони, хотя и так прекрасно знал ответ.
Хищник выставил морду вперед и фыркнул, затем облизнулся.
— Кровь! — крикнула кошка.






