ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды Скай невольно сделался соучастником преступления. Овладев магией рун, он помог своему предку Сигурду выпустить на волю чудовищные силы смерти. Хуже того, проклятый норвежец переместил своег... Вендетта Крис Хамфрис ГЛАВА 1 ОТРЯД СМЕРТИ Ему снились руки. Его собственные руки. На тыльной поверхности правой кисти красовались четыре глубокие ярко-багровые царапины, еще совсем свежие; на левом указательном пальце не хватало кончика — он был отрезан. Принесен в жертву. Руки тянулись и тянулись вперед… К чему? Все вокруг скрывал наводящий ужас туман, а он упорно продвигался в серую неизвестность. Ладонь скользнула по чему-то мягкому, словно бы по меху, — послышалось рычание. Кто-то схватил Ская за плечо. Новый звук, но его издает не зверь. Кричал человек, кричал нечто невразумительное. Скай очнулся, тяжело дыша, инстинктивно вцепившись в руку, что держала его во сне. Он широко раскрыл глаза, и в первое мгновение показалось, будто прямо над головой нависает мохнатая шкура. Сфокусировав взгляд, Скай понял: то, что он принял за шерсть, на самом деле является бородой. И борода, и ее владелец провоняли сигаретным дымом. Водитель автобуса с силой тряс Ская. — Descendez! Descendez! Nous sommes arrivés! [1] — Сартен? — Oui. Oui. Sartène. Как вы говорит? Конец маршрут. — Последние слова мужчина пробурчал по-английски, затем качнул пальцем. — Allez-y! [2] Рюкзак Ская уже стоял на земле рядом с автобусом. Водитель вышел следом за пассажиром и принялся закрывать багажный отсек. — Uh, monsieur, s’il vous plaît? Ou est le…’ostel? [3] Все лето Скай совершенствовал свой французский, просиживая за книгами в библиотеках и слушая аудиокурсы, но сейчас, в половине третьего ночи, все выученные слова вылетели из головы. Однако он заметил: чтобы тебя понимали, достаточно грассировать и говорить с мрачным надутым видом. — Pour l’auberge? Là-bas! Mais a cette heure, c’est fermé, je croi. [4]

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Легенда о битве, во время которой один маццери может убить другого, составляет лишь малую часть мифов о призрачных охотниках, но в одно время была очень распространена. Конечно, писатель не мог пройти мимо нее! Я только сдвинул во времени дату, когда проходит эта битва, — с лета на

Jour des Morts

. Так, мне показалось, будет лучше для моего повествования.

Другая корсиканская традиция, к счастью вымершая, — это вендетта. Корсика была одним из тех мест, где она сохранялась дольше всего. Последний известный случай датирован 1962 годом. Однако тот факт, что вендетта запрещена, вовсе не означает, что не сыщутся люди, желающие возродить старинный обычай кровной мести.

Скуадра д’Ароцца, встречаться с которой безопасно, лишь зажав клинок во рту; песнь voceru, которая является одновременно и плачем по мертвым, и проклятием убийцам; обнаженные лезвия, призванные охранять телесную оболочку маццери, пока он охотится, — все это, как и многое другое, составляет часть очаровательных островных преданий. Я в большом долгу перед Дороти Кэррингтон за то, что она так соблазнительно их описала. Также я благодарен авторам различных веб-сайтов, посвященных загадочным и мрачным преданиям о призрачных охотниках.

Как и при написании «Двойника», для этой книги я позаимствовал много фактов из собственной жизни и жизни родственников. Мой норвежский дед, тот, который «ходил», однажды подобрал на берегу озера в Норвегии обломок камня в форме ножа… И едва не потерял сознание, ослепленный внезапным видением, в котором этот самый камень был использован для убийства за сотни лет до того. Как-то раз в беседе мой старый друг, ученый по имени Джеффри Боксер, упомянул о новейших исследованиях в области эпигенетики,

[37]

а именно, что в некоторых генах, передаваемых нам по наследству, может быть закодирована не только информация о цвете волос и форме рта, но и воспоминания о пережитом нашими предками и что эти гены могут «включаться» в нас, их потомках.

«Вот оно!» — подумал я. Тайна нашего рода. Одна из основных идей обеих книг: когда мы бываем вольны выбирать и когда у нас нет выбора, из-за того что «выключатель повернут».

А что касается Тиццаны… В восьмидесятые годы я играл роль Калеба-зилота в многосерийном историческом фильме на библейские темы «AD — От Рождества Христова» и по сценарию должен был стрелять по римским солдатам из пращи. Мне тогда очень повезло. Съемки проходили в Тунисе, и как-то вечером после захода солнца я практиковался в стрельбе на одном из пляжей, где меня и застал за этим занятием управляющий местного концессионного предприятия по торговле верблюдами.