Рычаг коробки передач торчал из приборной доски и отчаянно скрипел при каждом включении скорости, пока «ситроен» полз вверх по крутым холмам, взбираясь все выше над Сартеном. Складывалось впечатление, что машина работает не на бензине вовсе, а вперед ее толкает резиновый двигатель, приводимый в действие эластичной лентой, которую бабушка, меняя передачи, натягивает, а затем высвобождает. Амлет сидел у нее на коленях, высунув морду в окно. Поскольку Паскалин и не думала воспользоваться ремнем безопасности, Скай также не стал пристегиваться, хотя переживал чуть ли не самую безумную автомобильную поездку в своей жизни и теперь сидел, крепко вцепившись в ручку двери.
Ехали молча. Скай попытался задать хоть один из множества вопросов, не дававших ему покоя, но бабушка только рыкнула в ответ. Она низко склонилась над рулевым колесом и внимательно смотрела на дорогу, которую освещали только фары «ситроена». Паскалин приходилось полностью концентрироваться на управлении автомобилем. Поэтому Скай замер, напряженно откинувшись на спинку сиденья, в неудобной позе и смотрел через окно на неясные очертания горных вершин, на каменные утесы, между которыми петлял серпантин; лишь изредка на глаза попадался случайный металлический дорожный знак или рекламный щит, нарушая царившее вокруг темное однообразие.
Ехали недолго — всего минут пятнадцать, — когда Паскалин притормозила и резко свернула направо. Дорожка была выложена камнями разных размеров, так что машина постоянно кренилась то на один бок, то на другой. Амлет недовольно зарычал и перебрался на заднее сиденье, в то время как его хозяйка в буквальном смысле уткнулась носом в лобовое стекло. Скай всматривался в то немногое, что позволяли увидеть маломощные фары, — в крупные валуны, которые бабушка старательно объезжала, и обочину дороги, окаймленную кустарником. Впереди же была непроглядная тьма — еще одна гора, догадался Скай. Вдруг свет выхватил из темноты какое-то движение, отразился от пары глаз. Паскалин ударила по тормозам и вывернула руль в сторону. Скаю показалось, что он увидел, как сверкнули зубы, и огромная тень скользнула с дороги во тьму. Бабушка выехала обратно и продолжила путь.
— Что это было?
— Sanglier,
[18]
— ответила она. — Вы называете его диким кабаном. Хороший знак.
— Знак чего?
— Мы увидели одного. Они рядом. Нам будет на кого поохотиться.
Скай испуганно посмотрел на нее.
— Вы хотите сказать, что мы будем охотиться на настоящих зверей?
Паскалин кивнула.
— Но я думал…
— Думал что?
— Что маццери просто призраки. Что они убивают только во снах.
— Мы сами спим. Но наш дух перемещается в теле, таком же реальном, как реален ты сейчас. В теле, обладающем огромной силой. Оно бежит быстрее, видит зорче, сражается лучше, разит быстрее.






