ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды Скай невольно сделался соучастником преступления. Овладев магией рун, он помог своему предку Сигурду выпустить на волю чудовищные силы смерти. Хуже того, проклятый норвежец переместил своег... Вендетта Крис Хамфрис ГЛАВА 1 ОТРЯД СМЕРТИ Ему снились руки. Его собственные руки. На тыльной поверхности правой кисти красовались четыре глубокие ярко-багровые царапины, еще совсем свежие; на левом указательном пальце не хватало кончика — он был отрезан. Принесен в жертву. Руки тянулись и тянулись вперед… К чему? Все вокруг скрывал наводящий ужас туман, а он упорно продвигался в серую неизвестность. Ладонь скользнула по чему-то мягкому, словно бы по меху, — послышалось рычание. Кто-то схватил Ская за плечо. Новый звук, но его издает не зверь. Кричал человек, кричал нечто невразумительное. Скай очнулся, тяжело дыша, инстинктивно вцепившись в руку, что держала его во сне. Он широко раскрыл глаза, и в первое мгновение показалось, будто прямо над головой нависает мохнатая шкура. Сфокусировав взгляд, Скай понял: то, что он принял за шерсть, на самом деле является бородой. И борода, и ее владелец провоняли сигаретным дымом. Водитель автобуса с силой тряс Ская. — Descendez! Descendez! Nous sommes arrivés! [1] — Сартен? — Oui. Oui. Sartène. Как вы говорит? Конец маршрут. — Последние слова мужчина пробурчал по-английски, затем качнул пальцем. — Allez-y! [2] Рюкзак Ская уже стоял на земле рядом с автобусом. Водитель вышел следом за пассажиром и принялся закрывать багажный отсек. — Uh, monsieur, s’il vous plaît? Ou est le…’ostel? [3] Все лето Скай совершенствовал свой французский, просиживая за книгами в библиотеках и слушая аудиокурсы, но сейчас, в половине третьего ночи, все выученные слова вылетели из головы. Однако он заметил: чтобы тебя понимали, достаточно грассировать и говорить с мрачным надутым видом. — Pour l’auberge? Là-bas! Mais a cette heure, c’est fermé, je croi. [4]

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Лунный свет пробивался сквозь иссиня-черные волосы там, где они виднелись из-под капюшона, а глаза, как и у Паскалин, превратились в две темные сферы, в них полыхало пламя. И улыбалась Жаки сейчас не насмешливо, как тогда, на скамейке, а приветливо — как в первую встречу, когда пригласила его в гости, еще не зная, кто он такой.

Они сбавили скорость, перейдя на быстрый шаг, равномерно дыша.

— Разве это не чудесно? — спросила Жаклин.

— Фантастика! — крикнул в ответ Скай. — Я никогда… Это…

Она рассмеялась.

— Не подобрать слов ни на французском, ни на английском?

— Нет! Да! Мне они неизвестны. — Он улыбнулся. — Вы часто бываете здесь?

Вопрос был задан в шутку, для поддержания разговора, но девушка восприняла его серьезно.

— Пятый раз. Но убить удалось только в самый первый. Сегодня я должна убить. — Она перевела взгляд на тропу впереди. — И я преследую… Его!

Скай посмотрел в том же направлении и увидел зверя, за которым гнался с самого входа в долину.

— Он мой! — заорал юноша, набирая скорость.

Но Жаклин и не думала сдаваться, шаг за шагом нагоняя соперника. А затем будто случайно опустила свою дубинку и сунула ему между ног.

Скай споткнулся, упал и, ударившись о твердую землю, скатился в заросли колючего кустарника. Да, бабушка оказалась права — было больно. Но сильнее всего пострадала гордость.

— Эй! — крикнул Скай.

Он в одно мгновение вскочил на ноги и кинулся следом. Жаклин опережала его на два десятка ярдов. Тропа, по которой они бежали, то ныряла вниз, то шла вверх, а затем резко вильнула влево. Через двадцать шагов она вывела на открытое пространство, окруженное густыми зарослями маки. В дальнем конце поляны возвышалась отвесная гранитная стена. К ней прижался кабан; тяжело дыша, он смотрел на людей. Скай раньше видел этого зверя только на картинках и не представлял его истинных размеров. В холке животное достигало его бедер, щетина на спине встала дыбом, два огромных изогнутых клыка топорщились на розовой волосатой морде.

Жаки остановилась за поворотом, и Скай едва не врезался в нее.

— Он мой, — произнесла девушка, отбросив в сторону дубинку и вытаскивая из-за пояса кинжал с длинным клинком.

— Нет! — крикнул Скай, занося оружие. — Мой!

Они яростно уставились друг на друга, не видя ничего вокруг, тем временем кто-то проскочил мимо с высоко поднятым топором. Лезвие опустилось трижды. Первый же удар оглушил пронзительно завизжавшего зверя, второй перерубил ему позвоночник, третий раздробил череп. Кровь хлынула на гранитную стену, на сухую землю, забрызгала щеки Ская.

Он поднял руку, провел по лицу и некоторое время рассматривал густую жидкость на своих пальцах, затем взглянул вперед: фигура в черном опустилась возле умирающего животного.