ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды Скай невольно сделался соучастником преступления. Овладев магией рун, он помог своему предку Сигурду выпустить на волю чудовищные силы смерти. Хуже того, проклятый норвежец переместил своег... Вендетта Крис Хамфрис ГЛАВА 1 ОТРЯД СМЕРТИ Ему снились руки. Его собственные руки. На тыльной поверхности правой кисти красовались четыре глубокие ярко-багровые царапины, еще совсем свежие; на левом указательном пальце не хватало кончика — он был отрезан. Принесен в жертву. Руки тянулись и тянулись вперед… К чему? Все вокруг скрывал наводящий ужас туман, а он упорно продвигался в серую неизвестность. Ладонь скользнула по чему-то мягкому, словно бы по меху, — послышалось рычание. Кто-то схватил Ская за плечо. Новый звук, но его издает не зверь. Кричал человек, кричал нечто невразумительное. Скай очнулся, тяжело дыша, инстинктивно вцепившись в руку, что держала его во сне. Он широко раскрыл глаза, и в первое мгновение показалось, будто прямо над головой нависает мохнатая шкура. Сфокусировав взгляд, Скай понял: то, что он принял за шерсть, на самом деле является бородой. И борода, и ее владелец провоняли сигаретным дымом. Водитель автобуса с силой тряс Ская. — Descendez! Descendez! Nous sommes arrivés! [1] — Сартен? — Oui. Oui. Sartène. Как вы говорит? Конец маршрут. — Последние слова мужчина пробурчал по-английски, затем качнул пальцем. — Allez-y! [2] Рюкзак Ская уже стоял на земле рядом с автобусом. Водитель вышел следом за пассажиром и принялся закрывать багажный отсек. — Uh, monsieur, s’il vous plaît? Ou est le…’ostel? [3] Все лето Скай совершенствовал свой французский, просиживая за книгами в библиотеках и слушая аудиокурсы, но сейчас, в половине третьего ночи, все выученные слова вылетели из головы. Однако он заметил: чтобы тебя понимали, достаточно грассировать и говорить с мрачным надутым видом. — Pour l’auberge? Là-bas! Mais a cette heure, c’est fermé, je croi. [4]

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За сломанной оградой, последним признаком человеческой деятельности, тропинки сделались у́же, как будто ходили по ним в основном не люди, а звери. Заросли маки подступали все ближе, цепляясь корягами за толстые носки и норовя уколоть шипами незащищенную кожу под джинсами. Подъем был достаточно крутым, и, невзирая на холодный дождь, к тому времени, как добрался до отвесной скалы, Скай весь вспотел.

Вдоль скалы пройти можно было в обе стороны. Скай рискнул повернуть налево. Касаясь одной рукой отвесной стены, он довольно скоро добрался до расщелины, вход в которую перекрывали колючие кусты, а под ногами громоздились отвалившиеся от утеса глыбы. Проход напоминал туннель, и в конце его виднелся свет. Поскольку Скай не представлял себе отчетливо, куда направляется, он решил попробовать этот путь и полез в расщелину, перебираясь через груды камней.

Это не был туннель в буквальном смысле слова: стены не смыкались над головой, однако сужались достаточно, чтобы свет практически не проникал внутрь, и Скаю приходилось двигаться на ощупь. В какой-то момент ему послышался шелест в темноте, и юноша попытался припомнить, не говорилось ли в путеводителе о скорпионах или змеях. Однако, несмотря ни на что, он продолжал свой путь, пока наконец проход не стал просторнее.

Скай выбрался наружу и замер перед открывшейся картиной. Дождь прекратился. Гранитная скала, через которую он прошел, ширмой закрывала долину, раскинувшуюся сейчас перед взором. Она стремительно расширялась в обе стороны, простираясь к видневшимся в отдалении вершинам.

«Вот куда я должен идти, — подумал Скай, — в горы».

Такие же горы, как в Норвегии. Он почувствовал, как глубоко внутри что-то зашевелилось, встрепенулась родовая память, но не мог заставить себя шагнуть вперед. Он опустил взгляд: одна нога еще скрывалась в тени скального туннеля, другую освещало солнце, висящее над долиной. Скай будто стоял одновременно в двух мирах, и нужно было сделать всего одно движение, чтобы покинуть один мир и оказаться в другом. Дорога, оставшаяся позади, вела в конце концов домой, к прежней нормальной жизни. Она манила его, и все, что Скаю требовалось, — просто развернуться на сто восемьдесят градусов.

Он почти сделал это. Но в последний момент не смог. К чему он вернется? К родителям — да. Но к нормальной ли жизни? Таковой у него уже не будет. Она закончилась в тот момент, когда мешочек с рунами вывалился из потайного отделения морского сундука и двойник его деда явился на зов — явился, а затем похитил тело Кристин. Если Скай повернет обратно, у него не останется выбора. Скаю не под силу одолеть Сигурда, он вынужден будет присоединиться к нему. К ним.

Юноша переминался с ноги на ногу, балансируя между двумя мирами.