ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Однажды Скай невольно сделался соучастником преступления. Овладев магией рун, он помог своему предку Сигурду выпустить на волю чудовищные силы смерти. Хуже того, проклятый норвежец переместил своег... Вендетта Крис Хамфрис ГЛАВА 1 ОТРЯД СМЕРТИ Ему снились руки. Его собственные руки. На тыльной поверхности правой кисти красовались четыре глубокие ярко-багровые царапины, еще совсем свежие; на левом указательном пальце не хватало кончика — он был отрезан. Принесен в жертву. Руки тянулись и тянулись вперед… К чему? Все вокруг скрывал наводящий ужас туман, а он упорно продвигался в серую неизвестность. Ладонь скользнула по чему-то мягкому, словно бы по меху, — послышалось рычание. Кто-то схватил Ская за плечо. Новый звук, но его издает не зверь. Кричал человек, кричал нечто невразумительное. Скай очнулся, тяжело дыша, инстинктивно вцепившись в руку, что держала его во сне. Он широко раскрыл глаза, и в первое мгновение показалось, будто прямо над головой нависает мохнатая шкура. Сфокусировав взгляд, Скай понял: то, что он принял за шерсть, на самом деле является бородой. И борода, и ее владелец провоняли сигаретным дымом. Водитель автобуса с силой тряс Ская. — Descendez! Descendez! Nous sommes arrivés! [1] — Сартен? — Oui. Oui. Sartène. Как вы говорит? Конец маршрут. — Последние слова мужчина пробурчал по-английски, затем качнул пальцем. — Allez-y! [2] Рюкзак Ская уже стоял на земле рядом с автобусом. Водитель вышел следом за пассажиром и принялся закрывать багажный отсек. — Uh, monsieur, s’il vous plaît? Ou est le…’ostel? [3] Все лето Скай совершенствовал свой французский, просиживая за книгами в библиотеках и слушая аудиокурсы, но сейчас, в половине третьего ночи, все выученные слова вылетели из головы. Однако он заметил: чтобы тебя понимали, достаточно грассировать и говорить с мрачным надутым видом. — Pour l’auberge? Là-bas! Mais a cette heure, c’est fermé, je croi. [4]

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда люди жили в пещерах, как и он сейчас, именно огонь приободрял их, защищал от снующих снаружи диких зверей. Передавая зажженный факел, передаешь с ним и способность прогнать тьму. Осветить мир.

Скай увидел в этой руне знание. Он был учеником, и бабушка обещала научить его покидать тело так же легко, как он дышит. Но ценой, которую она потребовала за этот «дар», было еще одно убийство.

Он вздрогнул и взглянул на остальные руны. Все они связаны между собой: дар Гебо, искупление Берканы и теперь Кеназ, огонь очищающий. Быть может, это тоже расплата? Пройдя через ритуал очищения, он будет готов к инициации, готов принять факел.

Скай пристально посмотрел на пока еще безликие камни. На одном из них предстоит начертать последнюю руну расклада. Какой-то из них завершит нынешний этап его жизни и выведет на следующий. Или же ввергнет в пучину отчаяния.

Юноша с такой силой сжимал резец, что болела рука, но он не мог отпустить. Только не сейчас, когда подошел так близко! Скай посмотрел в очаг: дрова почти прогорели и давали все меньше света. Темнота вновь наползала со всех сторон.

Но он был не один. Какая-то сила по-прежнему направляла его.

Скай провел левой рукой над камнями. Затем резко — словно ястреб, кидающийся на жертву, — выхватил один из них и опустил кварцевый стержень.

— Наутиз! — крикнул Скай.

Два взмаха — сверху вниз — и перечеркнуть по диагонали. Так легко.

Но символ вовсе не прост.

— Наутиз, руна всеобщей нужды, завоевания, погони за славой. Обуздай силу и направь ее к предназначению.

Скай не заметил, когда поднялся на ноги. Он не мог вспомнить, как схватил последнюю руну, которую теперь сжимал в левой руке так же крепко, как ледяной камень в правой. Ему не нужно было раскрывать кулак. Скай чувствовал, что вырезанный знак отпечатывается на ладони, будто раскаленный. Прямая линия сверху вниз. Другая, делящая первую по диагонали в верхней части. Эта руна служила связующим звеном, объединяла вместе все вырезанные символы и направляла их силу в единый источник. Крест Наутиз перекликался с крестом Гебо, хотя первый больше напоминал распятие, подразумевая жертвоприношение. Наутиз также обуздывала пламя Кеназ и удовлетворяла искупление Берканы. Это была прямая линия руны Иса, соединенная с силой, способной принять вызов.

Свою судьбу держал сейчас Скай в правой руке; конец истории, записанной в камне. Камень есть ключ. Камни на этом гранитном острове встречаются везде и всюду. Двадцать два безмолвных стража у входа в долину охраняют покой мертвого короля. И за ними, здесь, в этой пещере, замысловатое изображение руны Иса на гранитной стене — вызов ему. Вырезанное — и в этом Скай более не сомневался — тем самым камнем, что он по-прежнему крепко сжимал в правой руке. Орудием убийства.