ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Родителям приходится выполнить обещание перед своими детьми, и — бац — магазины игрушек получают двойную прибыль. Миллионы семей вынуждают покупать никому не нужный хлам, а также раздувать ажиотаж и повышать популярность определенной игрушки, и люди совершенно этого не осознают.

— То есть когда делаешь то, что они хотят, и думать тоже начинаешь так, как они хотят.

— Точно. На чем вы попались? На говорящем роботе?

Тим усмехнулся:

— На тамагочи. — Он вспомнил, как неделями носился по городу, пытаясь найти эту чертову штуку для Джинни. И постоянно терпел издевательства Медведя, который над ним подтрунивал: неужели судебный исполнитель США, обученный выслеживать беглых преступников, не может найти какое-то жалкое пластмассовое яйцо, которое сотнями тысяч штампует игрушечная промышленность? Вместо тамагочи под елку Джинни положили симпатичного пони с сиреневой гривой, а тамагочи купили в феврале. — Я никогда не говорил, что меня ни разу никто не одурачил. Вероятно, это случалось чаще, чем я думаю.

— Контроль сознания намного более сильная вещь, чем кажется на первый взгляд. Это все, о чем я хочу вас предупредить, пристав Рэкли. На самом деле вся штука в том, чего мы не осознаем и о чем не думаем. Вам придется внимательно следить за всеми своими действиями. Даже будучи судебным исполнителем, вы не привыкли так тщательно отслеживать каждый свой шаг.

— Вы в этом специалист. Не дадите какой-нибудь фирменный совет, как мне лучше это делать?

— Здесь задействована технология игры. Только речь в данном случае идет об играх разума. Все секты действуют по определенному числу законов. Вам нужно будет их расшифровать. Каковы двенадцать шагов? Что за семь привычек есть у самых эффективных зомби в секте? Каким десяти заповедям следуют все последователи секты? Как только вы поймете, с какой сектой имеете дело, сможете найти способы самозащиты.

— А что-нибудь из того, что я рассказал о секте, в которую попала эта девочка, вам показалось знакомым?

— Да. Мне показалось знакомым все, — Бедерман улыбнулся. — Указывает ли то, что вы мне рассказали, на какую-то определенную секту? Нет. Те характеристики, которые вы перечислили, практически универсальны.

— Мне говорили, что вы в своей практике имеете дело с множеством людей, вырвавшихся из сект.

— Да, с тысячами таких людей. Очень часто они бывают запрограммированы на самоуничтожение, когда покидают секту. Поэтому обычно их состояние оставляет желать лучшего.

— А за последние годы у вас не было пациентов, завербованных на территории кампуса Пеппердин?

Он с минуту подумал, прижав палец к бороде, потом кивнул:

— Около полутора лет назад ко мне обратилась одна семья. Их сына отвергли члены одной секты, и он жил на улице.