ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ну, что, ты закончил значки рассматривать или ждешь результатов дактилоскопии? — нетерпеливо поинтересовался Медведь.

Реджи вздрогнул:

— Ах да. — Он протянул Медведю значки. — Я… я ничего не знаю ни про какую секту.

— Конечно, знаешь, — возразил Медведь, — ты был в секте вместе со своим другом… как его имя, Рэк?

Тим выдвинул один из ящиков, он оказался под завязку забит ключами.

— Эрни Трамин.

— Мы хотим… — снова начал Медведь.

Реджи вытянул руку, растопырив пальцы:

— Подождите секунду. Подождите. Я не могу сделать этого, когда он здесь. Вы. Извините. Вы один из моих курков.

Медведь ткнул пальцем себя в грудь:

— Я один из твоих… чего?

— Курок. Ну, это то, что приводит тебя в состояние, в которое вводили для того, чтобы провести внушение. Такой своеобразный стимулятор. Он снова возвращает тебя туда. Один из моих курков — это огромные мускулистые парни. Как вы. Я просто… просто не могу. — Реджи сжал правую руку в кулак и начал нервно раскачиваться.

Медведь наморщил лоб, на лице его появилось выражение недоверия:

— Ты что, мне лапшу на уши вешаешь?

Тим сказал:

— Медведь, все в порядке.

Медведь взмахнул руками перед тем как выйти, словно взывал к небесам.

— У вас в секте крупные парни охраняли выход?

Реджи весь сжался от ужасных воспоминаний и прошептал, как растерянный ребенок:

— Постоянно. Нельзя было выйти из комнаты во время собраний и ор.

— Ор? — переспросил Тим.

Но Реджи только молча подошел к окну, выглянул, а потом задернул занавески. Тим внимательно на него посмотрел:

— Тебе легче со мной разговаривать без моего напарника?

— Я не собираюсь ни с кем разговаривать. Если я навлеку на них неприятности, они меня найдут. Что, если за вами следили?

Сквозь щель в занавесках пробивался свет, в комнате пролегли глубокие тени. На полу бились умирающие рыбы из аквариума.

— За нами никто не следил, — сказал Тим.

— Это слишком опасно, — покачал головой Реджи, — зачем мне подставляться?

— Я пытаюсь помочь девочке, которая попала в секту. Я думаю, это та же секта, членами которой были вы с Эрни.

— Да мне наплевать на это. Я наладил жизнь, переехал. Оставил все это в прошлом.

Тим выдвинул последний ящик. Внутри лежал коричневый бумажный пакет. Тим положил его на стойку и открыл. Он вынул лежащую сверху оранжевую бутылку и прочитал надпись на этикетке: валиум. Рэкли скользнул взглядом по десятку других бутылок в пакете — надписи на этикетках были сделаны на английском или испанском. Клонопин, ативан.

— Ну ладно, ладно. Ты нашел у меня сильные психотропные средства. И теперь пришьешь мне статью за хранение, да? — Реджи хлопнул себя рукой по лбу — Черт! Я так и знал. Не надо было вас сюда пускать.

— Нет, — спокойно ответил Тим, — ничего такого я делать не собираюсь.

— Нет? — Реджи потеребил верхнюю пуговицу.