Его вывел из задумчивости голос Дрей:
— Не знаю даже, чувствую ли я грусть или вину за то, что сейчас делаю… А может, и не надо себя накручивать, а то получится, как в какой-нибудь дешевой мелодраме. Может, надо просто сделать это — и все.
Через час все, что оставалось после Джинни, было упаковано в семь увесистых мешков. Тим вынес их на крыльцо, а потом разобрал кровать Джинни и ее стол и тоже вытащил все это во двор. Дрей стояла на пороге, глядя на сложенные на улице вещи.
— Я сейчас, наверное, немного поплачу, — предупредила она. Тим начал говорить какие-то слова утешения, но тут она осела на пол. И он просто держал Дрей в своих объятиях, пока она не успокоилась. Тим не давал воли чувствам. Между ними существовала какая-то молчаливая договоренность, по которой оба не могли расклеиться одновременно. Кто-то должен был держаться.
Рыдания прекратились, Дрей подняла на Тима свои необыкновенно искренние зеленые глаза и пробормотала:
— Похоже, я нашла правильную эмоцию. Черт.
— Давай сходим куда-нибудь, — предложил Тим, — может, в «Нобу»?
— «Нобу»?
— А что? Я ведь теперь снова получаю зарплату судебного пристава.
Они только один раз были в этом дорогом японском ресторане. На годовщину своего знакомства, которую впервые отмечали без Джинни. Тогда оба чувствовали себя крайне неловко, да и настроение было на нуле.
Дрей быстро переоделась и даже подвела глаза и наложила на скулы тонкий слой румян. Она редко красилась, и косметика ей не шла, потому что она слишком хорошо выглядела без нее. Но Тим не стал ничего говорить, оценив усилия Дрей. Потом они ехали в машине, по радио передавали какие-то глупые романтические песни. Когда они доехали до оживленного перекрестка, Дрей начала стирать с лица косметику. Она сказала:
— Знаешь, это как-то слишком уж странно после всего.
Тим вздохнул с облегчением:
— Слава богу. Закусочная подойдет?
— Да, здорово, — улыбнулась Дрей.
8
Настойчивое мяуканье сотового резко выдернуло Тима из крепкого сна. Дрей издала какой-то усталый звук и натянула одеяло на голову. На часах было 2:43 ночи.
Тим сел на постели и опустил ноги на холодный пол, чтобы быстро вернуться в реальность.
— Да?
— Тим Рэкли?
— Кто это?
— Догадайся.
Тим протер глаза, мысленно продумывая варианты. Сейчас он занимался только одним делом, так что сомневаться не приходилось:
— Реджи Ронделл.
— Может быть, и так.
— Сейчас полтретьего утра.
— Серьезно? — В его голосе не было ни тени сарказма. Послышался какой-то шорох. — Черт. Ты прав. Я теперь не особо слежу за временем.
— Хочешь поговорить?
— Не по телефону.
— Ладно. Давай говори, во сколько. Я приеду.
— У меня есть время сейчас.
— Но сейчас момент не самый подходящий.
— Для кого?
Тим чуть приподнял трубку, чтобы Реджи не услышал его вздоха:
— Ладно. Где ты?
— Там, где ты меня оставил.






