ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мужественность его позы и осанки слегка подрывало мокрое пятно на брюках. Он повернулся так, будто только что заметил их, и сухо кивнул:

— Давайте начнем, — он протянул крупную грубую ладонь, — Уилл Хеннинг. Моя жена, Эмма.

Тим пожал протянутую руку, а Дрей осталась стоять, не шевельнувшись, скрестив руки на груди. Восемь экземпляров книги «Родные кости»,

[6]

которые после смерти их дочери упорно дарили им знакомые, движимые самыми благородными целями, занимали целую полку у Дрей за спиной. Голубоватый цвет обложек подчеркивал золотистый оттенок ее светлых волос.

— Чем мы можем вам помочь?

Уилл достал из кармана толстый бумажник, открыл его и вынул оттуда фотографию. Он нетерпеливо махнул Тиму, чтобы тот взял фотографию, и отвернулся, как будто хотел скрыть боль. На фотографии была изображена выпускница школы. Хорошенькая, но довольно неуклюжая. У нее был немного неправильный прикус и огромные печальные серо-зеленые глаза невероятной красоты. Прямые волосы до плеч. Шея девочки была слишком тонка для ее головы, что придавало ее облику хрупкость. Маленький подбородок, полные щеки. Такие лица в ориентировках на беглых преступников обычно описывают как «напоминающие форму сердца». Рэкли сразу вспомнилось это определение, потому что сам он до сих пор ни одного такого лица не видел.

Взгляд Тима невольно скользнул к растиражированной СМИ школьной фотографии Джинни. На этой фотографии она во втором классе. Ее последний год.

— Мои соболезнования, — сказал Тим, — когда ее убили?

С дивана, на котором сидела Эмма, раздался вздох — первый звук, который та произнесла за все это время.

Уилл забрал у Тима фотографию, бросил заботливый взгляд на жену:

— Она жива. По крайней мере, мы на это надеемся. Она… ну, вроде как пропала. Ей восемнадцать…

— Девятнадцать, — вклинилась Эмма, — только что исполнилось.

— Да, девятнадцать. Она уже не ребенок, поэтому мы не можем подать заявление в полицию. Она связалась с какой-то сектой. Не то, что «Свидетели Иеговы». Но тоже очень паршивая организация, в которой практикуют контроль сознания и другие грязные приемчики. Эта секта более опасна, чем другие ей подобные.

— А вы пытались… — начал Тим.

— От чертовых копов никакого толку. Они даже отказываются принять заявление о пропаже человека. Мы обращались во все правоохранительные органы — ФБР, ЦРУ, полицию Лос-Анджелеса, но нет у них никаких подразделений или отделов, занимающихся сектами. Никому до сектантов дела нет, пока те не начинают готовить террористические акты, не нарываются на столкновение с полицией или не нарушают общественный порядок.

— Как ее зовут? — поинтересовался Тим.

— Ли. Она моя падчерица. Дочь Эммы от первого брака. Ее отец умер от рака желудка, когда ей было четыре года.

— Она училась в Пеппердине.