ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ли Хеннинг, дочь голливудского продюсера, хрупкая, немного неуклюжая девятнадцатилетняя студентка с печальными серо-зелеными глазами, попадает в сети Программы — могущественной секты, манипулирующе... Программа Грегг Гервиц Пролог К огромному восторгу туристов и третьеклассников, выбравшихся на прогулку со своим тучным учителем, абсолютно голая женщина сидела на корточках у четырнадцатифутового мамонта и справляла малую нужду. Руками она держалась за витой проволочный забор, которым обнесен Лейк Пит — самое большое и самое популярное скопление битумов в Ля Бри Тар Питс. [1] На лице женщины не было ни одной морщинки, она была совсем еще молодая, почти подросток. Двое или трое детей начали смеяться. Полный мужчина в белой куртке и рубашке в полоску прервал свое ленивое постукивание по бонго, [2] сгреб наличность, которую ему удалось собрать в перевернутую соломенную шляпу, и быстро ретировался. Пожилая туристка, щелкнув языком, выразила свое неодобрение, прижимая к груди висящий на ремешке фотоаппарат. Ее муж взирал на эту сцену с приоткрытым от изумления ртом: он явно силился понять, наяву ли все это видит, или это галлюцинация, являющая собой первый признак старческого маразма. Молодая женщина, не замечая, что брызги попадают на ее голые лодыжки, напряженно всматривалась сквозь проволочный забор в семейство мамонтов, угодившее когда-то в смертельную ловушку битумов — а точнее, в макеты колумбийских мамонтов в натуральную величину, сооруженные из стекловаты. Детеныш-мамонт стоял в тени на берегу вместе со своим отцом, беспомощно наблюдая за тем, как его мать совсем близко от него погружалась в беспощадную глубину. Мать в ужасе застыла, вскинув передние ноги и вытянув хобот. Ближе к центру озера корка битумов превращалась в мутную коричневую жидкость, которая пузырилась от действия метана. Под этой жижей находится самый богатый в мире слой ископаемых, относящихся к ледн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все бродили по комнате, жевали печенье и болтали с вновь прибывшими:

— Том, мы хотим узнать о тебе побольше.

— Шанна, а ты родом отсюда?

— Ты напоминаешь мне моего старшего брата.

— Классная бородка. И новый прикид просто супер.

— У тебя глаза прямо как у моего друга детства, которого я просто обожала.

Когда говорили Тим или Шанна, все смотрели на них, всячески проявляли интерес, одобрительно шумели. Тим не смог запомнить каждого из собравшихся в отдельности — их интонации и выражение лиц были удивительно одинаковыми. Хотя их ответы и реплики явно были направлены на манипуляцию, Тим не мог не признать, что находиться в центре подобного внимания приятно. Настроение у него было приподнятое, можно даже сказать, что он чувствовал себя счастливым; в голове гудело от непривычного избытка кофеина.

Он вдруг заметил, что стоит босиком в комнате и что на лице у него такая же улыбка, как у них. Он представил себе, как Ли входит в эту комнату, купается в тепле и симпатии, всеобщей готовности принять.

Тим извинился и пошел в ванную. Там он нашел два свежих полотенца и три куска мыла с запахом морской свежести. По пути назад он заглянул за закрытую дверь. Как он и подозревал, там была спальня, в которой не было ничего, кроме вычищенного пылесосом ковра.

Он вернулся к остальным и немного пообщался со всеми. Когда Тим попытался подробнее расспросить Джули об их группе, она терпеливо улыбнулась:

— Нам хотелось бы, чтобы ты рассказал о себе.

Наконец, Лорейн прервала общий разговор, постучав ручкой по стакану с водой. Она сидела на своей подушке, изящно подогнув ноги, остальные постарались повторить эту ее позу. Когда она повернулась к Тиму и Шанне, ее манера поведения резко переменилась. Поза Лорейн стала напряженной, черты лица заострились, а глаза стали стеклянными, как будто она смотрела сквозь них. Говорила она, как робот, глубоким голосом, с неестественной, несвойственной ей интонацией:

— Как бы мы ни были успешны, в жизни каждого из нас есть вещи, которые нас не устраивают. Том? Шанна?

Они кивнули.

— Вы предпринимали какие-нибудь шаги, чтобы изменить то, чем вы не довольны?

— Наверное, нет. — Шанна смущенно уставилась в пол. — То есть я пробовала время от времени то одно, то другое, но ничего из этого не вышло.

— Значит, ты позволяешь этим вещам контролировать твою жизнь. Мы с Джули были на одном семинаре, на котором узнали массу всего полезного. Мы хотели бы услышать твое мнение об этом семинаре.

Шанна теребила заусенец на пальце, она явно испытывала неловкость.

— Ты хочешь, чтобы твои комплексы вечно над тобой властвовали?

Шанна не поднимала глаз:

— Нет.

— Отказываясь идти на этот семинар, ты именно это и делаешь.