ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман «Двенадцать» стал сенсацией во всем мире. Рассказанная семнадцатилетним автором пугающая история повествует о жизни нью-йоркских подростков. Оставленные без присмотра дети богатых родителей устр... Двенадцать Ник Макдонелл ЧАСТЬ I Пятница, 27 декабря 1 Белый Майк худ. Он бледен, как клубы дыма. Белый Майк ходит в джинсах, фуфайке с капюшоном и темно-синем пальто от «Брукс Бразерс», которое на нем висит и кажется слишком длинным. Его светлые, почти белые волосы коротко острижены. Белый Майк чист. За всю свою жизнь он не выкурил ни одной сигареты. Никогда не пил, ни разу не пробовал марихуану. При этом Белый Майк весьма успешно торгует наркотиками, хотя началось все с продажи одной дозы кузену Чарли. Учился Белый Майк хорошо, но вот уже шесть месяцев, как он закончил школу и ничем не занимается. Возможно, некоторых интересует, что он вообще делает, но всем проще думать, что он решил перед поступлением в колледж отдохнуть годик. А может, и больше. Белый Майк смотрел фильм «Красота по-американски» про одного парня-наркодилера, который на вырученные деньги покупает дорогую видеоаппаратуру. Парень говорит, что в мире так много красоты, что иногда с ней просто не справиться. «Чушь какая», — думает Белый Майк. Белого Майка не волнует красота. Его взгляд направлен на Верхний Ист-Сайд [1] . После Рождества прошло два дня, и все ученики школ-пансионов вернулись домой. У каждого есть деньги, которые он готов растранжирить. Так что Белый Майк закрутился: сначала забрать товар в Гарлеме, потом все эти унции, пятидесятидолларовые и десятидолларовые пакетики, громкая музыка и открытые вечеринки, где всегда хватает работы. Здесь собираются ребята из Хотчкисс и Эндовера, из школы Святого Павла и из Дирфилда [2] , и все они хотят поймать кайф, чтобы потом рассказывать, как это было, ученикам из Далтона и Коллегиэйт, из школы Чапин и из Ривердейла, у которых заготовлены свои истори

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Белый Майк слышал из-за двери свистящий шепот отец говорил по телефону со своей подружкой. Говорил совсем тихо, но шипящий звук разговора раздавался по всей квартире.

Белый Майк знал, что отец не выйдет из комнаты, и поэтому сидел, касаясь ступнями закрытой двери и прислоняясь спиной к стене напротив. Он сидел и слушал отца, но не слова, которые тот говорил, а просто звуки, просачивающиеся из-за двери, как газ из какого-нибудь треснувшего механизма. Белый Майк не мог понять, о чем отец может так долго говорить. Пока он сидел возле комнаты, светившее в окна солнце, отбрасывавшее короткие белые квадраты света, успело опуститься, и квадраты растянулись и погасли. Белый Майк наблюдал, как пятно света подползло к его ноге, выплеснулось на колени, а потом поползло дальше и растянулось на полу. И ему было невероятно одиноко среди этих вытягивающихся и тающих пятен света. Услышав щелчок — отец повесил трубку,

—

Белый Майк быстро встал и пошел в свою комнату, где то и дело поглядывал на пейджер, надеясь, что кто-нибудь пришлет сообщение.

Позже отец Белого Майка извинялся за тот телефонный разговор, рассчитывая, что сын его поймет: «Ну ты же знаешь, Майк, каково иметь дело с этими женщинами».

74

Молли у себя в квартире, в доме на углу Восемьдесят первой улицы и Третьей авеню, на двадцатом этаже. Она высовывает голову из окна и смотрит на парк. Молли сняла контактные линзы, так что огни проходящих мимо машин расплываются, и теперь улица кажется ей огромной рекой света, в которой сияют желтые и красные круги, размывающие очертания машин, контуры зданий и фигуры людей. Круги света быстро проносятся внизу, и с улицы доносится шум движения и гудки, но Молли, сидящей у себя в комнате, высоко в небе, без линз и без очков, течение световых пятен видится таким плавным, что резкие звуки кажутся посторонними, никак не связанными ни с чем, происходящим внизу.

Молли очень хорошо одевается, хотя никогда не подбирает наряд заранее. Но сегодня она примеряет разную одежду для завтрашнего вечера. И через десять минут после того, как она начала выбирать вечерний наряд, Молли смотрит в зеркало и видит себя в короткой черной юбке и в маечке. Еще раз взглянув в зеркало, Молли хмурит брови и вопит на свое отражение:

— Такие девушки, как я, в маечках не ходят! Не ходят, не ходят. — Молли срывает с себя всю одежду и выкидывает майку в окно. Некоторое время она стоит голая, и ей становится холодно. Она высовывает голову из окна, чтобы посмотреть, куда упала майка, и замечает ее в кроне дерева далеко внизу. Молли ложится в кровать и засыпает голой.

Каждый раз, когда мимо проезжала машина, Хантеру казалось, что они оглушительно грохочут. Небо было таким ясным, что никакой грозы явно быть не могло, но ведь он слышал такие громкие раскаты.