Такой работник мог ей пригодиться — особенно в том случае, если платить ему придется как помощнику мастера. И все-таки она колебалась. Этот человек непременно доставит ей немало неприятностей — Андреа нутром чувствовала это.
— Моя бригада состоит в основном из женщин, — сообщила она, пытаясь заставить его передумать. — На прошлой неделе слесарь закончил свою работу и уволился, поэтому сейчас в бригаде почти нет мужчин. Мой каменщик, Дэн Джонстон, появляется здесь лишь изредка, когда у него нет другой работы, поэтому рассчитывать на его компанию вам не придется. По правде говоря, сейчас в моем списке значатся только трое мужчин: Пит Линдстрём, еще один мой плотник, и два подмастерья, Букер Питт и Мэтью Барнс. Оба они еще совсем мальчишки, подрабатывают на каникулах. Вынуждена предупредить вас, что помощникам обычно достается самая грязная работа — впрочем, как на любой стройке.
Джим согласно кивнул.
— Не ждите от меня послаблений только потому, что я женщина, а вы — мужчина. Вы обязаны приходить на работу вовремя и заниматься делом весь день, — добавила она, чтобы развеять возможные надежды Джима. — Я терпеть не могу лодырей!
Джим снова кивнул.
— И кроме того, я требую от помощников беспрекословного повиновения мастерам. А большинство моих мастеров — женщины. — Энди уставилась в лицо Джима, слегка прищурив глаза. — Если вы не сможете выполнять распоряжения женщин, вам лучше не браться за эту работу.
— Как я уже говорил, у меня есть три сестры, все они старше меня. К приказам со стороны женщин мне не привыкать.
И он одарил Энди милой и обезоруживающей улыбкой. В ней не было и тени той сексуальности, что он излучал, разговаривая с тремя женщинами перед домом. «Я всего лишь добродушный, безвредный, по-братски настроенный недотепа», — казалось, говорила его усмешка. По крайней мере на это надеялся сам Джим.
На самом деле дружеских чувств к Андреа он не испытывал, особенно теперь, когда она устремила на него пристальный взгляд огромных голубых глаз, сосредоточенно сжала губы и слегка свела на переносице брови. Такой нежной и светлой кожи, как у этой женщины, ему еще не доводилось видеть, а ее короткие, чуть вьющиеся шелковистые волосы вызывали желание прикоснуться к ним. Андреа стояла так близко, что он рассмотрел крохотный загадочный шрамик под ее нижней губой и неприметные жемчужные сережки-гвоздики в тонких мочках ушей. Джим почувствовал и аромат духов, легкий и нежный. Вот уж этого он никак не ожидал. Отъявленная феминистка, работающая на стройке, носит жемчужные серьги и пользуется духами? Запах был чистым и горьковатым, освежающим и изысканным, как женщина, от которой он исходил. Почему-то Джиму вспомнилось его первое сексуальное приключение.






