Опасная любовь
Кэндес Скулер
Глава первая
Надписи на стене появились вновь. Безобразные красные мазки запятнали свежую белую штукатурку и атласную поверхность ореховой панели под ней. С прошлого раза минула почти неделя, и Энди уже начинала надеяться, что их озлобленный автор отказался от намерения отомстить ей. Но этот любитель граффити, видно, лишь взял краткий тайм-аут, прежде чем снова перейти в наступление. Плоды его нынешних трудов выходили за рамки ребяческих оскорблений и сомнений в ее сексуальной ориентации — теперь они содержали уже явные угрозы. Надпись на стене предостерегала: «Берегись, сука!», и на миг Энди обуял страх.
Она настороженно огляделась, гадая, не притаился ли неизвестный вандал в пустых комнатах за ее спиной или в просторном верхнем холле, выжидая случай непосредственно выплеснуть ненависть. В старом ветхом особняке Энди оказалась совсем одна: даже самые дисциплинированные члены ее бригады явятся на работу лишь через десять-пятнадцать минут. Этого времени с избытком хватит тому, кто решил проучить ее, указать, какое место в этом мире отведено женщине.
Благодаря решительному усилию воли и здравому смыслу, которыми Энди так гордилась, ей на какое-то время удалось отогнать пугающие мысли. Подонкам, которые портят стены грязными ругательствами, редко хватает духу на большее. Это тактика труса, рассчитанная на то, чтобы вселить страх. Но Андреа Вагнер больше не позволит унижать и запугивать ее. Никому и никогда!
Подобное случалось с ней далеко не в первый раз — и, к сожалению, наверняка не в последний. Ее коллег-строителей вовсе не радовали успехи женщины в столь «мужской», как они считали, профессии. Они даже не скрывали своего недовольства. За девять лет работы на избранном поприще Энди навидалась и наслушалась всякого.
С проявлениями недовольства — иногда добродушными, но большей частью злобными — она столкнулась в тот же день, когда появилась в помещении профсоюза, чтобы сдать вступительные экзамены на курсы, где готовили помощников водопроводчиков. Энди и еще пять женщин оказались в комнате, полной мужчин, каждый из которых рвался занять одно из немногочисленных свободных мест на курсах. Практические навыки Энди оставляли желать лучшего, но на экзамене по математике она получила неслыханно высокий балл, а неожиданно прорезавшаяся в ней склонность к пространственному воображению удивила даже ее саму. Из-за набранной Энди суммы баллов по закону ей не могли отказать в приеме на курсы. А вот заставить ее бросить учебу — дело другое.
Энди не реагировала на обидные прозвища, не обращала внимания на непристойные предложения, игнорировала скабрезные намеки и даже постаралась не заметить хлыст, подброшенный в ее ящик с инструментами.






