Он стоял в дверях между спальней и гостиной. Увидев его лицо, Энди сжалась от ужаса. Она поспешила к нему, он обнял ее за плечи, притянул к себе, словно желая защитить от того, что ждало ее за порогом. Но беда была непоправимой.
На голых стенах гостиной красовались бранные слова, как и ожидала Энди. Мало того, ящики с расписанной вручную плиткой для большой ванны были перевернуты, упаковочный материал разбросан по полу. Вместе с обломками плиток.
— О, Господи! — В душе Энди вскипели ярость, страх и ненавистное чувство беспомощности. Первым ее порывом было броситься в объятия Джима, уткнуться головой в его грудь и разрыдаться. Но она удержалась, помня о том, что должна вести себя разумно при любых обстоятельствах. Надеяться можно только на себя. Особенно сейчас, когда ей больше всего хочется переложить свою ношу на широкие плечи Джима и попросить у него помощи и защиты.
Она отстранилась, с трудом сдерживая чувства, грозящие вырваться наружу.
— Ты прав, — бесстрастно произнесла она. — Пора вызывать полицию.
Полицейские прибыли одновременно с членами бригады, создав небольшую пробку перед дверями Белмонт-Хауса.
— Всем оставаться снаружи, — распорядился детектив в штатском. — Вас допросят в самом ближайшем времени. — Он кивнул в сторону двух офицеров полиции. — Прошу не расходиться! Не хватало еще разыскивать каждого из вас. Миссис Вагнер, будьте любезны пройти в дом вместе с нами.
Энди инстинктивно огляделась в поисках Джима. Где он? Джим стоял на дорожке, ведущей к дому, беседуя с одним из офицеров. Полиция применила стандартную тактику: разделила свидетелей преступления прежде, чем версии события перепутаются, а воспоминания сотрутся в памяти. Энди последовала за детективом к крыльцу и вошла в дом, мимоходом заметив пожилую пару, стоящую на веранде своего дома, расположенного на противоположной стороне улицы.
Мистер и миссис Гастингс слыли самыми отъявленными сплетниками в окрестностях. Дважды в день, после обеда и ужина, они «дышали воздухом», собирая информацию, словно пчелы на лугу — цветочный нектар. Что ж, вскоре все подробности происшествия в Белмонт-Хаусе станут достоянием гласности.
— Детектив Коффи, может быть, мы напрасно подняли такой шум? — обратилась Энди к человеку, в котором узнала одного из бывших коллег своего отца. Обычно по таким вызовам являлось двое офицеров в штатском. А сейчас у особняка скопилась целая армия полицейских, ищущих отпечатки пальцев, щелкающих затворами фотоаппаратов, допрашивающих бригаду. Все было так, как Энди и предполагала, именно поэтому ей не хотелось обращаться в полицию. — Соседи решат, что в доме обнаружена крупная партия наркотиков или пара расчлененных трупов.
Детектив Коффи пожал плечами, признавая ее правоту.






