ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меньше всего Андреа Вагнер думала о любви. У нее были совсем другие заботы — надо зарабатывать деньги, чтобы содержать троих детей, подыскивать выгодные заказы, ведь она бригадир строителей. Да тут ещ... Опасная любовь Кэндес Скулер Глава первая Надписи на стене появились вновь. Безобразные красные мазки запятнали свежую белую штукатурку и атласную поверхность ореховой панели под ней. С прошлого раза минула почти неделя, и Энди уже начинала надеяться, что их озлобленный автор отказался от намерения отомстить ей. Но этот любитель граффити, видно, лишь взял краткий тайм-аут, прежде чем снова перейти в наступление. Плоды его нынешних трудов выходили за рамки ребяческих оскорблений и сомнений в ее сексуальной ориентации — теперь они содержали уже явные угрозы. Надпись на стене предостерегала: «Берегись, сука!», и на миг Энди обуял страх. Она настороженно огляделась, гадая, не притаился ли неизвестный вандал в пустых комнатах за ее спиной или в просторном верхнем холле, выжидая случай непосредственно выплеснуть ненависть. В старом ветхом особняке Энди оказалась совсем одна: даже самые дисциплинированные члены ее бригады явятся на работу лишь через десять-пятнадцать минут. Этого времени с избытком хватит тому, кто решил проучить ее, указать, какое место в этом мире отведено женщине. Благодаря решительному усилию воли и здравому смыслу, которыми Энди так гордилась, ей на какое-то время удалось отогнать пугающие мысли. Подонкам, которые портят стены грязными ругательствами, редко хватает духу на большее. Это тактика труса, рассчитанная на то, чтобы вселить страх. Но Андреа Вагнер больше не позволит унижать и запугивать ее. Никому и никогда! Подобное случалось с ней далеко не в первый раз — и, к сожалению, наверняка не в последний. Ее коллег-строителей вовсе не радовали успехи женщины в столь «мужской», как они считали, профессии. Они даже не скрывали своего недовольства. За д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Больше у меня нет вопросов.

— Тогда будьте любезны оставить нас вдвоем.

— Не беспокойся, Мэдисон, — вмешался Джим, увидев, что офицер колеблется, — она безоружна.

Мэдисон вышел, а Энди усадила Джима на кушетку.

— Почему ты вдруг стал избегать меня?

— Я просто пытался проявить чуткость.

Она прищурилась.

— А я думала, ты любишь меня.

— Я действительно тебя люблю! Но при чем здесь это?

— А я хочу видеть тебя рядом, — заявила Энди. — Именно в то время, когда ты мне понадобился, ты почему-то ушел с детективом Коффи!

— Постой, — Джим остановил ее, подняв здоровую руку, — подожди минутку. Разве не ты упрекала меня в том, что я пытаюсь распоряжаться твоей жизнью? Разве не ты уверяла, что я навязываю тебе свое мнение? Может, не ты заявляла, что тебе не нужен ни я, ни любой другой мужчина?

— Разве я так говорила? — пыталась протянуть время Энди. — Ну хорошо, ты прав, — сдалась она. — В то время я так и думала, но… потом я поразмыслила и… — Почему ей так трудно сказать правду? Джим заслужил ее! — Я ошибалась, — наконец закончила Энди. — Ты нужен мне. Дело вовсе не в том, что ты мешал мне принимать собственные решения, а в том, что я не доверяла самой себе.

Джим удивленно поднял бровь.

— Я боялась дать себе волю, — пояснила Энди, — опасалась вновь превратиться в бесхребетную размазню, которой была когда-то.

— Ты — в бесхребетную размазню? Милая… — Он приложил ладонь к ее щеке. — Ты наделена львиной отвагой — разве ты этого не знала? Не многие женщины способны на поступок, который ты совершила сегодня, не говоря уже о жизни, что ты вела последние девять лет. Именно за твою отвагу я и люблю тебя.

Энди почувствовала, как ее глаза наполняются слезами.

— А еще люблю твою восхитительную грудь, — тихо добавил он. Ее глаза прояснились, как по мановению волшебной палочки, — этого он и добивался.

Приподнявшись, Энди поцеловала его в губы — в знак безмолвной благодарности за понимание.

— Сегодня я узнала о себе нечто важное, — заявила она. — Я поняла, что способна справиться с любой бедой.

— Разве я не говорил тебе…

Энди приложила палец к его губам.

— А еще я узнала, что даже самому сильному человеку нужна опора. То, что я нуждаюсь в тебе, не умаляет моих достоинств, не лишает меня самостоятельности или независимости. Но самое главное… — она взглянула Джиму в глаза, — я поняла, что люблю тебя!

На этот раз влажно заблистали глаза Джима.

— Андреа…

Но она не дала ему договорить.

— Все время, пока я взбиралась по лесам и боролась за жизнь, я думала только о тебе. Я боялась умереть, так и не признавшись тебе в любви.

— Андреа, милая… — Он крепко прижал ее к себе, склонил голову и поцеловал ее в губы.

В комнату заглянула медсестра.

— О, простите! — воскликнула она, увидев обнявшуюся пару. — Не беспокойтесь, я займу соседнюю комнату.