ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Верите ли вы в сны? А в то, что все истории о проклятых домах имеют под собое какую-то реальную основу? Нет? Ну и зря…Вот и Джон Госс во все это не верил. Не придал никакого значения кошмарным снам, ч... Оборотень Бредли Сноу Пролог Пощечина заставила его опрокинуться на спину. Угол кофейного столика больно врезался в спину, чуть не сломав ему хребет. Мальчик лежал на белом ковре, скорчившись и держась рукой за горящую щеку. Боль в спине почувствовалась позже, когда след на щеке поостыл. — Поднимайся, парень! — прогремел хриплый голос его матери. Мальчик посмотрел наверх влажными глазами. Острый блестящий носок черной материнской туфли больно ткнулся в его тело. — Да, ма… — Заткнись, — ее голос хлестнул как плетью. Мальчик содрогнулся в ожидании нового удара. — Встань, замолчи и слушай, что я тебе скажу. Ясно? — Да. Мальчик поднялся на ноги и стоял, глядя в пол. — Что «да»? — Да, ма-ам, — пробубнил он. Его веки устало опустились, когда рука матери еще раз хлестко ударила его по щеке. Он собрал все силы, чтобы устоять и снова не рухнуть на пол, зная, что это лишь приведет к новым мучениям. Где же Энди? Почему он не придет помочь мне? — Оторви глаза от пола и посмотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Он взглянул в налитые кровью глаза матери и увидел в них собственное отражение. — Что сказал бы твой отец, увидев тебя сейчас? — Голос матери смягчился, но мальчик по-прежнему молчал. Он успел привыкнуть к постоянным переменам в ее настроении с тех пор, как его отец утонул. Это случилось более года назад. Отца он толком не знал. Тот месяцами не бывал дома, занимаясь рыбной ловлей, а возвратившись, он всякий раз пил то поганое пойло, которое делало его ненормальным. То самое пойло, которое начала пить его мать после смерти отца. Она всегда ругала отца за это. Они могли поднять весь дом среди ночи своими криками, когда папаша напивался. Мать всегда говорила сыну, что эт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он бежал все быстрее, огибая камни, торчавшие из земли, перепрыгивая через поваленные деревья. Преследователь вдруг выбежал на поляну. Это было единственное место, которого он старался избегать и где не чувствовал себя в безопасности. Ноздри его интенсивно втягивали воздух, который был заполнен запахом ужаса. Ничто не мешало охоте.

Жертва была в нескольких ярдах впереди, и преследователь, легко дыша, прыгнул на спину лося. Его руки обвились вокруг шеи. Вес был слишком тяжел для лося. Он упал вместе с нападавшим, крепко вцепившимся в него.

Из последних сил лось пытался обороняться. Боли он не чувствовал. Он извивался и корчился, пытаясь сбросить нападавшего. Смерть все не приходила к нему. Постепенно лось прекратил борьбу, он лежал не двигаясь, ожидая конца.

Шум борьбы разбудил спящих животных. Они бежали через кусты, прыгали с ветки на ветку, ища безопасное место. Они чуяли в воздухе смерть. Эта смерть была сильнее их.

Он посмотрел в большие коричневые глаза, безжизненно смотревшие на луну. Голова лося неестественно подвернулась по отношению к телу. Охота была закончена. Погрузив пальцы в шерсть, он впился ими в еще горячую плоть. Звук разрываемой ткани наполнил окружающую тишину. Все другие существа разбегались от страшного места. Он уже привык к звуку разрываемой плоти. Он обнаружил, что этот звук доставляет ему радость.

Почувствовав в руках сочную мякоть, он закрыл рану кожей, сохраняя тепло добычи. С диким урчаньем он погрузил челюсти в теплое мясо и начал есть. Боль, мучившая его, утихала с каждым глотком. Свежая кровь давала ему новые силы, силы, которых, он знал, ему хватит ненадолго. Единственным способом поддержать силы была свежая кровь.

Убийство утолило его голод на короткое время. На несколько дней в лучшем случае. После этого он снова должен будет охотиться.

Он выпрямился, стоя на длинных, сильных ногах, его тень терялась во множестве ночных теней. Он чувствовал, как кровь стекает из уголка его рта. Он наслаждался этим чувством, в то время как лунный свет играл на его окровавленном лице. Его зубы блестели, как красноватые жемчужины. Он взглянул на труп у своих ног. Его живот был полон, голод утих. Он оставит эту тушу в ночи, и звери сбегутся на это место, когда он уйдет. Они вернутся. Так бывало всегда.

Утолив свою жажду, он пересек поляну и скрылся в объятиях ночного леса.

Глава 3

Джон Госс не принадлежал к числу тех людей, которые верят в тайное значение снов. Иначе он не поехал бы через весь город, чтобы сообщить своему старому Другу Мартину о работе, предлагаемой в Сент-Джонсе. Он немедленно полетел бы обратно на остров и сейчас сидел бы, сгорбившись у окна с сигаретой и выпивкой, пролетая над Монреалем.

Наверняка это подтолкнуло бы его.