ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В глухих закамских лесах на территории Пермского края археологическая экспедиция обнаруживает захоронение немыслимой древности. Из потревоженного могильника внезапно встает неведомое существо — неп... Привратник Александр Дмитриевич Прозоров Пролог В этот торжественный момент на берегу Акчима они собрались полной экспедицией. Все семь человек: в джинсах, заправленных в кирзовые сапоги, в ветровках, в шляпах с широкими полями — сразу и не отличить, кто мужчина, а кто женщина. А куда денешься? Кругом густые непроходимые леса. Захочешь пофорсить — комары вмиг отобьют такое желание. И никакие аэрозоли не помогут. Впрочем, даже под густой, облепленной насекомыми, москитной сеткой яркие зеленые глаза легко выдавали младшего научного сотрудника Дамиру Иманову, что впервые в своей жизни оказалась в роли руководителя археологической экспедиции. Пусть и под присмотром доцента Сергея Салохина, вызвавшегося принять участие в уникальном исследовании. Пятидесятилетий ученый пыхтел, обливаясь потом от жары, и все норовил прислониться к ближайшему дереву, передохнуть, отдышаться. Однако это мало помогало: помимо аккумуляторного фонаря его плечо оттягивала тяжелая двустволка. — Вы бы хоть ружье в лагере оставили, Сергей Олегович, — посочувствовала женщина. — Ну уж нет, Дамира, — отрицательно покачал он головой. — Я свое на деревьях отсидел, знаю что к чему. Тут же чащоба непролазная, до ближайшей деревни тридцать верст. Здешние медведи человека, может, в жизни не видели. Так и ходят непуганые — ни крика, ни ружья не боятся. Коли проголодаются, только картечью и остановишь. Насчет девственной непролазной чащи доцент был прав: подходы к могильнику участникам экспедиции пришлось расчищать целых две недели, не столько копаясь в земле, сколько подрубая и растаскивая деревья, выдирая корни, выпалывая въедливый колючий кустарник. Самого же грунта здесь оказалось совсем немного: с полметра пл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Начальница экспедиции была уверена, что и Павел Сомов, и Данила Захаров отправились на раскопки только для того, чтобы уединиться вдалеке от суеты с нею и еще тремя студентками курса. В лесу ведь друг от друга ни днем, ни ночью особо не разбежишься — многое приходится терпеть и прощать. Но что поделаешь — выделенный на исследование грант был невелик, а ехать за свой счет в Пермский край желающих на курсе нашлось немного. Несмотря даже на прозрачные намеки Дамиры Маратовны о будущей своей снисходительности к особо активным ученикам. Без мужских рук в экспедиции не обойтись — только потому и мирилась недавняя аспирантка и с сальными взглядами студентов, и с якобы случайными прикосновениями, и с двусмысленными шуточками. Хорошо хоть, Сомов с Захаровым работы не чурались. И бензопилу в руках держать умели, и киркой пользоваться, и лопаты кровавых мозолей им не натирали.

Странная все-таки в этом мире закономерность: чем противнее мужики — тем больше от них пользы.

— Да что ты к этому ружью прилип, Захаров?! Отдай девочкам, возьми домкрат!

— Ага, как же! — огрызнулся Данила, перекидывая ремень через голову. — Они ж даже не знают, с какой стороны его держать! Медведь появится — с перепугу нам же в задницы и пальнут!

— Сам дурак! — с готовностью откликнулась Катерина Зорина.

В отличие от парней, она была отличницей и вдохновенной зубрилой, а при этом еще и прекрасно готовила. Так что Дамира мысленно уже поставила Катю на первое место в списке кандидатов в новые поездки.

— Кухарка!

— Дуб стоеросовый!

— Ботаник!

Торжественность момента была сведена на нет — окончательно и бесповоротно. Дамира вздохнула и просто отошла в сторону, освобождая место возле гранитной плиты. Павел Сомов передал видеокамеру доценту, забрав у того ружье, перекинул оружие за спину и присел рядом с приятелем, устанавливая домкрат-семитонник в приготовленную еще накануне выемку. Салохин завозился с объективом, и руководительница, спохватившись, сдернула с головы шляпу с накомарником. Она ведь с утра даже подкрасилась, чтобы попасть в исторические архивы не замученной грымзой, а красивой, опрятной перспективной ученой. Впрочем, для Дамиры это было совсем не трудно: округлое лицо с изящно изогнутыми соболиными бровями, смолисто-черные волосы, точеные ушки и изящный, чуть вздернутый носик ей были даны от рождения, и только розовые губы нужной формы она нарисовала сама — ибо подлые комары природную красоту успели изрядно подпортить.

— Вы готовы, Сергей Олегович?

— Да, уже работает.

— Ну, тогда… — Без всякой задней мысли она достала из кармана платок и взмахнула: — Данила, Павел… Начинайте!

Салохин же отследил взмах объективом, затем перевел камеру на студентов, проверяющих затяжку винта на перепускном клапане.