ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В глухих закамских лесах на территории Пермского края археологическая экспедиция обнаруживает захоронение немыслимой древности. Из потревоженного могильника внезапно встает неведомое существо — неп... Привратник Александр Дмитриевич Прозоров Пролог В этот торжественный момент на берегу Акчима они собрались полной экспедицией. Все семь человек: в джинсах, заправленных в кирзовые сапоги, в ветровках, в шляпах с широкими полями — сразу и не отличить, кто мужчина, а кто женщина. А куда денешься? Кругом густые непроходимые леса. Захочешь пофорсить — комары вмиг отобьют такое желание. И никакие аэрозоли не помогут. Впрочем, даже под густой, облепленной насекомыми, москитной сеткой яркие зеленые глаза легко выдавали младшего научного сотрудника Дамиру Иманову, что впервые в своей жизни оказалась в роли руководителя археологической экспедиции. Пусть и под присмотром доцента Сергея Салохина, вызвавшегося принять участие в уникальном исследовании. Пятидесятилетий ученый пыхтел, обливаясь потом от жары, и все норовил прислониться к ближайшему дереву, передохнуть, отдышаться. Однако это мало помогало: помимо аккумуляторного фонаря его плечо оттягивала тяжелая двустволка. — Вы бы хоть ружье в лагере оставили, Сергей Олегович, — посочувствовала женщина. — Ну уж нет, Дамира, — отрицательно покачал он головой. — Я свое на деревьях отсидел, знаю что к чему. Тут же чащоба непролазная, до ближайшей деревни тридцать верст. Здешние медведи человека, может, в жизни не видели. Так и ходят непуганые — ни крика, ни ружья не боятся. Коли проголодаются, только картечью и остановишь. Насчет девственной непролазной чащи доцент был прав: подходы к могильнику участникам экспедиции пришлось расчищать целых две недели, не столько копаясь в земле, сколько подрубая и растаскивая деревья, выдирая корни, выпалывая въедливый колючий кустарник. Самого же грунта здесь оказалось совсем немного: с полметра пл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И ведь не вырежешь ничего: самый момент вскрытия погребальной камеры!

— Прошу прощения, шеф! — Так ничего и не понявший Сомов резко выпрямился, щелкнул каблуками, выдернул из-за плеча ружье и вытянулся во фрунт, отдав честь. Его приятель тут же последовал дурному примеру. И Дамире Имановой снова очень захотелось задушить их обоих собственными руками — но в руки, увы, пришлось взять самое себя и под прицелом объектива спокойно шагнуть внутрь.

Могильник, вырубленный в форме почти правильной полусферы, был совсем небольшим — примерно четырех метров диаметром. Пол из красного гранита, три невысоких, скупо обработанных саркофага из того же камня. Но главным оказалось не это. Главный интерес представляли быстро ползущие по стенам лианы, что стремительно выбрасывали одни за другим толстые широкие листья густо-зеленого цвета.

— Что за черт! — Салохин, вошедший следом, торопливо закрутил камерой. — Это еще откуда?

— Наверное, когда мы убрали крышку, — неуверенно предположила Дамира, — в камере изменился газовый состав, и растения вышли из анабиоза.

— Да хоть из семечка проросли! — грубовато ответил Сергей Олегович. — Где ты видела, чтобы зеленая масса развивалась с такой скоростью?! Лезет как наскипидаренная!

— Видимо, какая-то неизвестная порода… — Археологиня провела по листьям ладонью. — Надо же, теплые!

— Осторожнее! — предупредил Салохин. — Лиана может быть ядовита! Может, этот сорт выведен специально для защиты мертвых от грабителей могил? Что-то вроде «проклятия фараонов».

— Вы разве верите в эти сказки, Сергей Олегович? — оглянулась на доцента Дамира.

— В лианы, растущие со скоростью пешехода, я тоже не верю, — мрачно ответил пожилой ученый, не прекращая снимать.

— Ага, одна нобелевка у нас уже точно есть! — высказал свое мнение Павел, трогая листья кончиком ствола. — Не за мумии — так за ботанику. Надо, наверное, саженец взять, Дамира Маратовна?

— Если до завтра не преставитесь, тогда и возьмете, — мрачно предложила Зорина, наблюдая за происходящим издалека, от края плиты. — Может, еще и по медицине премия выпадет. Посмертно.

— Никаких посмертно! — рявкнула Дамира, проклиная себя за то, что не догадалась сказать Салохину, чтобы тот вел съемку без звука. — Это обычные растения, которые долго развивались без света и свежего воздуха. Получив и то, и другое, они продемонстрировали рывок роста. А теперь вспоминаем, зачем мы сюда пришли, и осматриваем саркофаги!

— Я внутрь не пойду! — категорически заявила Катя. — Может, там еще и за ноги кто-то хватать начнет.

Студенты дружно засмеялись, однако девушки молчаливо поддержали подругу и ко входу приближаться не рискнули. Ребята же, оставив ружья, присели у саркофагов, осматривая крышки.