— Гельмут Вальдорф, синьор, — сказал привратник.
Одновременно он включил скрытую видеокамеру, она запечатлела несколько напряженное лицо усевшегося в кресло Вальдорфа и перенесла на экран телевизора, что возвышался на письменном столе Хортена-младшего, которого друзья и сослуживцы по разведывательному управлению называли Малюткой Джеком: в нем было двести сорок фунтов веса при двухметровом росте.
Малютка Джек глянул внимательно на экран и неопределенно хмыкнул. Немного помедлив, он поворотился к селекторному устройству и нажал кнопку. В прихожей, прямо перед глазами Вальдорфа, загорелось зеленое табло: «Входите, пожалуйста».
Посетитель отметил для себя, что из нескольких световых панелей зажглась одна, со словами на немецком языке, поднялся и направился к лифту, двери которого, нажав кнопку, предупредительно распахнул перед ним парень в морской униформе.
Майор Ткаченко достал из сейфа фотографии. Это были страшные, обличающие фашистских убийц документы: ямы, забитые трупами, виселицы, падающие под пулями патриоты, бараки концлагерей за колючей проволокой.
В дверь постучали. Это конвой привел Зюзюка на допрос. Сколько их уже было, этих допросов… Ткаченко собрал рассыпанные снимки, проговорил, не глядя на подследственного:
— Садитесь, Зюзюк. Продолжим нашу беседу…
…Росла груда окурков в пепельнице. Ткаченко хотел пристроить туда еще один, но окурок уже не помещался. Майор нажал кнопку.
В дверях показался конвоир. Ткаченко показал ему глазами на пепельницу, тот понимающе кивнул, взял ее и вышел из кабинета.
— Ну, гражданин Зюзюк, — устало проговорил майор, — времени мы затратили с вами много. Только сегодня две морских вахты, можно сказать, отстояли, уже почти восемь часов бьёмся над одним и тем же, а вы упрямитесь, не хотите говорить правды, Зюзюк…
— Я все сказал, гражданин майор.
— Нет, Зюзюк, далеко не все. Вот, скажем, ваше так называемое бегство из полицейской роты. Вы заявляете, что желая искупить вину, ушли в лес, примкнули к партизанскому отряду капитана Шленского, участвовали в боевых операциях «Мстителя»…
— Участвовал. Кровью хотел искупить…
— А под каким именем? — неожиданно спросил Ткаченко.
Зюзюк явно смутился.
— Как так? — переспросил он, чтобы потянуть с ответом, выждать какое-то время, определить, куда гнет следователь. — Под своим…
— Но ведь вы и в полицейской роте служили под вымышленным, — улыбнулся Владимир. — СД сумели обвести вокруг пальца… А это непростое дело. Там работали профессионалы… Так под каким же именем были вы в отряде «Мститель»?
— Цимбалист Петр Семенович.
— Верно. На этот раз вы сказали правду, Иван Егорович.






