ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Энн Ветемаа известен не только эстоноязычным читателям, но и русскоязычным. Широкую известность писателю принес в 1962 году роман «Монумент», за который Ветемаа получил всесоюзную Государственную прем... Пришелец Энн Ветемаа 1 Он пунктуально — в один и тот же день недели и в определенный час — приходил в старый второразрядный музей где-то на краю города, да, в жалкий музей естественной истории с непременным медвежьим чучелом — поддельная хитринка карих стеклянных глазок в печальном противоречии с облезлой грудью, свалявшейся шерстью, отдающей нафталином, и залитой киноварью пастью; эта ощеренная при помощи замысловатых стальных распорок пасть с пластмассовыми зубами, по-видимому, долженствовала создать у посетителей впечатление, будто зверь сейчас издаст радостный рык, наткнувшись на улей, кстати, услужливо придвинутый к его стопам, даже вон две-три пчелки на летке, правда, давно почившие. Двинувшись дальше, пожалуй, мы заметили бы волка, задравшего овцу. Однажды морозным утром тощего серого разбойника нашли на гребне сугроба: он лежал, оскалив зубы и протянув ноги. Однако в руках опытного чучельника Canis lupus помаленьку обрел былое достоинство, былую красу, так что даже вот расправился с овечкой. Да, наш герой выбрал именно такой тихий музей, чтобы в рассеянном верхнем свете, льющемся сквозь матовые колпаки, думать свои думы, по поводу коих нам остается лишь строить догадки. Догадки? Ну, в некотором роде, поскольку молодой человек изредка делал пометки в маленьком блокноте, на обложке какового, хоть и таимой ревностно от посторонних взглядов, одной из музейных смотрительниц все же удалось разобрать каллиграфическую надпись: "Мысли о гармонии мира и ее обеспечении". От подобного словосочетания добросердечная тетушка, конечно же, покачала головой, но ее уважение к загадочному посетителю только возросло. Кто знает, может быть, молодой природолюб и не очень-то задержив

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда генерала поражает выстрел, даже молодой человек ощущает нечто вроде щемящего патриотического порыва. Он украдкой хихикает при баритонально-трагическом реве Альвареса. Так ему и надо!

Но нет! Пора отсюда уходить: конечно, патриотические чувства заслуживают похвалы, но они все-таки не должны пробуждать в нас тех страстей, о которых он столь подробно говорил Магдалине, комментируя гравюры Гойи.

К счастью, с главной арены донесся призывный зов фанфар. Значит, вот-вот начнутся групповые гимнастические выступления, всегда представляющие незабываемую картину. Обычно к этому времени появляется сам великий Моноцетти. Ой! Он уже на месте, поскольку на самой высокой мачте стадиона взвился штандарт Его Величества со знаком тигра.

Молодой человек устремился ко входу, хотя особых оснований для спешки не было: торчащая из его нагрудного кармашка карточка с золотой каемкой гарантировала место в одном из лучших рядов западной трибуны, впрочем, не в самом лучшем и не в ложе. Однако же он, очевидно, принадлежал к числу избранных.

Происходившее на стадионе (точнее, на главном поле) рассеяло его хмурые мысли — пошлости здесь не было и в помине.

Парадный шаг наших гвардейцев производил впечатление солидное, торжественное и возвышенное. Направленный строго перед собой взгляд — можно даже сказать, взгляд, устремленный вдаль, в счастливое завтра за линией горизонта, — внушал уверенность. Зато направляющие в первой шеренге смотрели прямо на президентскую ложку, подбородки категорически, с твердой решительностью задраны под строго определенным углом.

Президентская ложа, священная ячейка матки — увы, молодому человеку припомнился мир термитов — приковала и его взгляд. Шестигранная ложа, надо полагать, изготовленная из пуленепробиваемого стекла, увешанная венками в национальных тонах, и впрямь воспринималась как алтарь, ради защиты которого все, в том числе он сам, готовы пожертвовать собой. Ибо в чем же еще заключается для народа смысл жизни?! Да и нам приятно видеть молодого человека, подхватившего всеобщие крики "ура!", разумеется, в свойственной ему несколько умеренной манере.

Затем зрителям продемонстрировали наш оборонительный потенциал. Правда, в весьма скромном объеме, поскольку сегодня не годовщина вооруженных сил, а всеобщее народное торжество. И все же грозное оружие действует завораживающе. Пусть враги не тешатся мыслью, будто мы не в состоянии себя защитить! При первой необходимости сигарообразные ракеты устремятся туда, куда следует, и поразят то, что надо. Хотя, конечно, мы надеемся, что рано или поздно мир и гармония восторжествуют на земле.