ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кардинал Ришелье. Одна из ключевых фигур европейской истории XVII века.Гениальный, жесткий, целеустремленный политик…Тончайший мастер международной дипломатии…Интеллектуал и покровитель наук и иску... Арман Жан дю Плесси, Кардинал герцог де Ришельё Мемуары Предисловие Арман Жан дю Плесси де Ришельё, младший сын Франсуа дю Плесси де Ришельё и Сюзанны де Ла Порт, родился 9 сентября 1585 г. Его отец принадлежал к одной из знатных дворянских семей Пуату. С 1573 г. он служил при дворе Генриха Анжуйского (будущего Генриха III), который был в то время королем Польши. Франсуа дю Плесси первым сообщает Генриху известие о смерти его старшего брата, короля Франции Карла IX. Следующим королем становится Генрих III. В 1586 г. Генрих III назначает Франсуа на должность Главного прево >1 [1] Франции. Спустя несколько лет Париж восстает против короля; восстание поднято сторонниками Католической Лиги, чей глава, Генрих де Гиз >2 , стремится занять французский трон. 12 мая 1588 г. в Париже появляются баррикады — впервые в истории Франции. Франсуа дю Плесси помогает королю покинуть столицу. Вскоре герцог де Гиз был убит по приказу короля; Генриху III приписывают фразу, сказанную после этого: «Я снова стал королем Франции, убив короля Парижа». Однако царствование Генриха продлилось после этих событий всего один год. Франсуа дю Плесси не хватило лишь нескольких секунд, чтобы предупредить удар кинжала, нанесенный королю Жаком Клеманом >3 , одним из фанатичных приверженцев Лиги. Династия Валуа >4 прекращает свое существование. Королем Франции становится Генрих Наваррский. В отличие от многих дворян-католиков, не желавших подчиниться «еретику» Генриху IV (которого, несмотря на его формальный переход в католичество, продолжали считать гугенотом — вероятно, не без оснований), Главный прево остается на службе законной королевской власти — вплоть до своей смерти в 1590 г. Мать Армана в отличие от

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В тот же день под звуки фанфар был оглашен указ всем слугам маршала покинуть Париж. Брат жены маршала, обучавшийся в коллеже Мармутье, бежал в монастырь, опасаясь народного гнева, а граф де Ла Пене был перевезен в Лувр, где к нему приставили охрану; Его Величество приказал отправить в парламент письма, в коих объявил, что все сделанное г-ном де Витри совершено по его приказу, а также другие письма, содержавшие просьбу назначить его советником в парламент.

Король вернул на должности тех офицеров, которые были изгнаны Королевой. Президент Жанен вернулся на пост суперинтенданта финансов; Деажан, порученец Барбена, назначенный его главным контролером, из-за своей неверности был понижен до интенданта; печати отдали дю Веру, причем с большими почестями: Король даже направил в парламент декларацию, провозглашая, что печати были отобраны у него без согласия Короля; г-н де Вильруа вернулся на пост государственного секретаря вместе с г-ном де Пюизьё.

Министры, ревностно служившие Королеве, были дискредитированы: как здания, заминированные у подножия, разрушаются целиком, так и власть Королевы оказалась подорвана полностью; все, кто существовал с ее помощью, пали вместе с ней. Я был единственным из тех, кого Люинь пощадил и кому он предложил остаться в Совете, но, видя, как дурно стали относиться к Королеве, я не согласился на это, предпочитая честь следовать за ней всевозможным выгодам, которые мог бы получить.

Господа новые министры — или скорее г-н де Люинь — начали с того, что разрушили все, созданное их предшественниками, и вознамерились напомнить Королю о тех, кого они считали врагами Королевы. Они отправили Совтера в отдаленный угол Гаскони, надеясь, что он будет служить мощным орудием воздействия на сознание Короля, хотя сам Люинь с помощью искусственно созданных тайн заставил услать его подальше. Однако это было не столь важно, как то, что они заставили Короля милостиво отнестись к принцам, которые выступали против Его Величества; от имени Короля новые министры направили сразу после смерти маршала депеши к герцогу де Лонгвилю в Амьен, герцогу Вандомскому в Ла-Фер и к г-ну де Майенну в Суассон, приглашая их немедленно вернуться ко двору и уверяя их, что они встретят доброжелательный прием.

Г-н дю Мэн отправил графа де Ла Сюза, своего шурина, с ключами от Суассона к Королю; граф был принят 27 апреля так, как если бы принадлежал к королевской партии, а граф Овернский — к противоположной. В тот же самый день прибыл герцог де Лонгвиль, также встретивший радушный прием.