ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как быть, если любимый не решается произнести нужные слова? Что его удерживает — сомнение в своих чувствах, бывшее родство, а может быть, неверие в женскую преданность или природная сдержанность? Лори... Мужская душа Мария Феррарелла ГЛАВА ПЕРВАЯ — Должно быть, ты устала, — сказал Кэрсон О'Нил. Чуть обернувшись, его невестка улыбнулась в ответ. Кэрсон увидел, что ямочки на ее щеках стали глубже. Обычно эти ямочки не привлекали его внимания. Погруженный, в свою работу, Кэрсон в последнее время вообще замечал очень мало. Но после смерти брата у него появился почти неосознанный интерес к великому множеству вещей, которые касались Лори О'Нил. В отличие от брата, Кэрсон по своей натуре был ответственным человеком. И это вовсе не означало, что ему нравилось делать все то, что приходилось. Но он считал эти дела своей обязанностью. Так, после смерти отца он заботился о матери. И всегда опекал младшего брата. Или пытался опекать. Также он упорно трудился здесь, в качестве директора Детского центра Святой Августины, принимавшего столь многих детей и имевшего от этого столь малую прибыль, но все еще собиравшего деньги и остававшегося на плаву благодаря нечеловеческим усилиям Кэрсона. Кэрсон поймал баскетбольный мяч и перекинул его мальчишке, едва достававшему ему до груди. Парнишка усмехнулся и убежал прочь с пойманной добычей. Как обычно, это была игра на выбывание. У Кэрсона не было недостатка в работе. Когда умер отец, мать оказалась не в состоянии заниматься делами, и в свои пятнадцать лет, Кэрсон стал главой семьи. Это было не так уж легко. Курт рос шалопаем, хотя и необыкновенно очаровательным. Кэрсон любил брата и пытался сделать все, чтобы поставить его на ноги. Он стремился быть рядом с ним, оказывать ему поддержку и материальную помощь всякий раз, когда представлялся случай. А случай представлялся, как показывало время, не так уж редко. Однако, несмотря на все усилия б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если это и было правдой, то не в настоящий момент.

— А вот я думаю иначе, — заявил Кэрсон. Лори покачала головой.

— Знаешь, Кэрсон, ты станешь милейшим человеком, если не будешь все время поступать по-своему.

Кэрсон не мог себе представить, что бы это значило. Он ощущал себя человеком, получившим высокий чин.

— Я не собираюсь становиться милейшим человеком.

— Слишком поздно. — Она улыбнулась ему снова, выражение ее лица странно менялось. — Ты можешь изображать что угодно, Кэрсон. Но меня ты не одурачишь. Я знаю тебя как облупленного.

— Я-то считал, что у тебя образование в области искусства, а не психоанализа.

— Это не футбольное поле, здесь ты не должен ловить и подавать, чтобы остаться в игре. — Ее голос перешел на шепот. — Я не пытаюсь загнать тебя в угол, Кэрсон.

Может быть, и так, но он не понимал, чего она добивалась. Или чего добивался он. Во всяком случае, он не должен был ее целовать.

Но она его первая поцеловала, напомнил себе Кэрсон.

Все ясно, тогда он не должен был возвращать поцелуй.

В полной растерянности он смотрел, как она открыла дверцу машины и уселась за руль.

— Езжай к себе, Кэрсон. Я доберусь до дома без всяких происшествий, не волнуйся.

Насколько он мог судить, одно уже случилось сегодня вечером. Причем для них обоих.

Словно врытый в землю, Кэрсон стоял и смотрел, как его невестка уезжала прочь. А ему еще предстояло разобраться в своих запутанных эмоциях.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Бедняга Кэрсон! Горько усмехнувшись, Лори выехала на основную магистраль Бедфорда. Он выглядел подавленным и ошеломленным, когда она оставила его на парковке. Стоило это сделать, подумала она.

Теперь поговорим о сюрпризах. Лори и не догадывалась, что мужчина может так поцеловать.

Это была самая большая тайна с тех пор, как прекратилось обсуждение его личных неурядиц. Курт пытался поговорить с ним несколько раз после развода, но Кэрсон дал понять брату, что в этом не нуждается. Вообще.

Он промямлил что-то насчет женщин, от которых больше проблем, чем они того стоят. И она стала относиться к нему, как к отшельнику.

Она улыбнулась. И подумала о том, что Курт тоже сказочно целовался. Может быть, дело в генетике? Но ее умерший муж должен был уступить первое место своему старшему брату.

Она выехала на длинную улицу, обсаженную дубами. Если бы женщины Бедфорда узнали об этом, у мужчин не было бы ни минуты покоя, размышляла она.

И она ничего подобного не испытывала, когда начала общаться с мужчинами и даже когда дело дошло до поцелуев. Нет, она никогда не была опытной возлюбленной, нет, не была.

До тех пор, пока не встретила Курта. До Курта ни один мужчина не вскружил ей голову и не заставил трепетать ее сердце, как это было у многих других девчонок с их парнями.

Курт был чудесным любовником. Добрым, внимательным, нежным.