Почему-то она знала, просто знала, что между этим моментом и всеми предыдущими событиями их совместной жизни с Куртом, была огромная разница.
Напряжение между ними все больше возрастало.
— Спасибо, — отрезала она. — Но сейчас я чувствую себя так, как будто вынесла из чужого дома свежеприготовленную индейку в честь Дня благодарения.
Кэрсон усмехнулся.
— Относись ко мне так, будто я не заслужил свой кусок индейки на этом Дне благодарения, — отозвался он. Затем снова кинул взгляд на ее талию, вспоминая о чем-то. — Неужели прошло семь месяцев?
— Восемь, но какое это имеет значение? — прошептала она.
Для нее-то это имело значение. Она отсчитывала каждую минуту между прошлым и датой рождения ребенка, неосознанно желая отодвинуть этот час. Ведь у нее осталось так мало времени, чтобы подготовиться к тем изменениям, которые ожидают ее.
Никто из знакомых не догадывался об истинных чувствах Лори. Она тщательно скрывала их. Ей приходилось это делать и в Ламасской школе при Блэре, где она вела занятия два раза в неделю. Женщины, посещавшие ее уроки, смотрели на нее так, словно она была Господь Бог, особенно трое молодых мамочек, которых она готовила к родам. Лори посмеивалась сама над собой. Если бы женщины знали, что творится в ее душе каждый раз, когда она думает о появлении ребенка, они бы не считали ее такой всемогущей.
Она с нетерпением ждала встречи с тремя слушательницами, которых любовно прозвала Стайкой Мамаш. Их роды уже позади. У них были красивые, здоровые дети и, по странному стечению обстоятельств, у всех троих появились мужья.
А у нее — только куча долгов, которая, правда, благодаря ее неустанным усилиям сократилась почти вдвое.
Перестань чувствовать себя виноватой, мысленно повторяла Лори. У тебя еще есть Кэрсон.
Она посмотрела на мужчину, который со спины выглядел точной копией ее умершего мужа. Лори хорошо понимала его значение в своей жизни. Кэрсон помог ей выстоять и помогал жить дальше.
Ей, в сущности, не нужна была его поддержка, и она об этом знала. Но уверенность в том, что он будет рядом в нужный момент, имела для нее огромное значение. С его помощью она нашла работу, когда ее компания обанкротилась. Именно он помог ей завязать нужные знакомства и найти работу в Ламасской школе.
Это помогало ей сводить концы с концами. Но еще важнее, что она не раскисла — тоже благодаря брату своего мужа. Конечно, она тосковала без Курта. Он никогда не был покладистым и терпеливым человеком, но по-своему был привязан к ней, да и она его любила.
Она прощала ему многие грехи, даже его неспособность повзрослеть и взять на себя хоть какие-то обязанности. Прощала ему пустые разговоры, которые он иногда затевал. Но потребовалось время, чтобы она могла простить ему его собственную смерть.






