ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как быть, если любимый не решается произнести нужные слова? Что его удерживает — сомнение в своих чувствах, бывшее родство, а может быть, неверие в женскую преданность или природная сдержанность? Лори... Мужская душа Мария Феррарелла ГЛАВА ПЕРВАЯ — Должно быть, ты устала, — сказал Кэрсон О'Нил. Чуть обернувшись, его невестка улыбнулась в ответ. Кэрсон увидел, что ямочки на ее щеках стали глубже. Обычно эти ямочки не привлекали его внимания. Погруженный, в свою работу, Кэрсон в последнее время вообще замечал очень мало. Но после смерти брата у него появился почти неосознанный интерес к великому множеству вещей, которые касались Лори О'Нил. В отличие от брата, Кэрсон по своей натуре был ответственным человеком. И это вовсе не означало, что ему нравилось делать все то, что приходилось. Но он считал эти дела своей обязанностью. Так, после смерти отца он заботился о матери. И всегда опекал младшего брата. Или пытался опекать. Также он упорно трудился здесь, в качестве директора Детского центра Святой Августины, принимавшего столь многих детей и имевшего от этого столь малую прибыль, но все еще собиравшего деньги и остававшегося на плаву благодаря нечеловеческим усилиям Кэрсона. Кэрсон поймал баскетбольный мяч и перекинул его мальчишке, едва достававшему ему до груди. Парнишка усмехнулся и убежал прочь с пойманной добычей. Как обычно, это была игра на выбывание. У Кэрсона не было недостатка в работе. Когда умер отец, мать оказалась не в состоянии заниматься делами, и в свои пятнадцать лет, Кэрсон стал главой семьи. Это было не так уж легко. Курт рос шалопаем, хотя и необыкновенно очаровательным. Кэрсон любил брата и пытался сделать все, чтобы поставить его на ноги. Он стремился быть рядом с ним, оказывать ему поддержку и материальную помощь всякий раз, когда представлялся случай. А случай представлялся, как показывало время, не так уж редко. Однако, несмотря на все усилия б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он обнимал ее одной рукой — только на тот случай, если ноги откажутся ей служить.

— Почему ты такая упрямая?

Она ответила ему улыбкой.

— Потому что упрямство помогает мне жить.

Кэрсон был уверен в том, что она никогда не признается в своей слабости.

— Разреши мне хотя бы довезти тебя до дома.

Она не могла принять такой жертвы. У него столько работы.

— У меня есть своя машина.

— Ну и что? — Кэрсон все еще не понимал, что ее не устраивает. — В таком случае я сяду за руль.

Она вскинула голову. Этот мужчина ей симпатичен, подумала она.

— Тогда, как ты вернешься?

Он выждал паузу.

— Ты должна все заранее обдумывать?

— Не могу с этим ничего поделать. — Ее глаза сверкали, и улыбка стала еще шире. — Я должна просчитать последствия.

Она медленно вдохнула и выдохнула воздух, точно так же, как делала это на занятиях в Ламасской школе.

— Так правда будет лучше. — Лори хотела уйти и вдруг поняла, что Кэрсон все еще держит ее руку в своих.

Она стояла в растерянности. Что это с ней? Почему она испытывает чувства, которых, как ей казалось, женщина в ее положении не может себе позволить? Хотя бы по отношению к тому мужчине, который не несет ответственность за ее будущего ребенка.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Лори взглянула на сильные, ловкие руки Кэрсона. Они обхватывали оба ее запястья. Она подняла на него глаза.

— Гм, Кэрсон…

— Что? — Нетерпение и досада выразились в одном слове.

Она слегка дернулась и попыталась освободиться.

— Я не могу пойти домой, пока ты держишь меня.

Действительно, он должен убрать свои руки. И не вмешиваться. Она взрослая женщина, способная принимать необходимые решения. Он всегда верил, что все, что должно произойти, произойдет. Даже на бумаге. И почему Лори иногда без видимой причины становилась такой упрямой и непреклонной?

— Может быть, ты и права, — пробормотал он.

— Кому-то нужно пойти в ванную, — сказала она. Ее взгляд опустился на собственный живот перед тем, как она снова посмотрела на Кэрсона. — И, кажется, этот «кто-то» — я. — Улыбка мелькнула на ее губах.

Кэрсон почувствовал прилив смущения, он даже не мог точно сказать — за себя или за нее. В любом случае он с досадой опустил руки.

— Как только ты почувствуешь себя плохо, я отправлю тебя домой, не обращая внимания, ни на какие твои возражения. — Его взгляд был таким же точным, как движение рук. — Я буду присматривать за тобой.

— Я не сомневалась в этом ни на секунду. Улыбка раздвинула ее губы, и глаза засверкали.

Он пытался не замечать этого и окончательно смутился. Что-то было в ее глазах, что невыразимо притягивало его. Это были потрясающие глаза.

— Что? — наконец выговорил он.

Кэрсон кажется суровым и твердым внешне, но на самом деле он такой мягкий, с нежностью подумала про него Лори.