ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

О чем может мечтать мужчина? О богатстве, успехе, красавице жене, вслед которой поворачиваются головы всех мужчин? Да, считает герой. Но встреча с дерзкой незнакомкой, произошедшая при необычных обсто... Тихая гавань Бетти Монт Мальчику было больно. Больно так, что временами он задыхался. Шофер вез его по пустынному шоссе, сочувственно поглядывая в зеркало заднего вида. Если бы это был ушиб, он бы приложил лед, чем-то смазал и забинтовал порезы. Но боль, которую испытывало это маленькое, бледное, темноволосое существо, исцелить было нельзя. В одночасье рухнул весь его привычный мир, рассыпался тот теплый уютный кокон, который создавала вокруг него мать. А видит Бог, сделать это в роскошном холодном доме под бесцветным, невыразительным взглядом отца было крайне трудно. Видимо, устав от борьбы и придя к выводу о ее тщетности, она и решилась на столь отчаянный шаг. Был ли это порыв, о котором она тут же пожалела, или продуманное решение, никто не знал. Конечно, Бог ей судья, но шоферу до слез было жаль мальчика. Лучше бы она взяла его с собой! Он свернул с основной дороги, и вскоре они подъехали к двухэтажному коттеджу, окруженному безукоризненно ухоженным парком. Мисс Милдред, как и ее брат, была педантична, рассудительна и холодна. И не такое место требовалось мальчику, чтобы успокоиться и отойти душой после перенесенного удара. Но решал, разумеется, отец, который на время всяческих судебных дрязг отправил сына к сестре. Обычно живой и подвижный, мальчик вяло выбрался из машины, и шофер обратил внимание, до чего он похож на отца. Никто не поспешил им навстречу, и шофер, положив руку на плечо мальчику, легонько подтолкнул вперед. Каждый шаг давался ему с трудом. Казалось, к ногам были привязаны пудовые гири. Он не поднимал глаз от гравия дорожки. Что еще мог увидеть он в этом мире, который потерял для него запахи и краски? Милая, добрая, нежная мама, которая была средот

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Охрана, похоже, совсем распустилась. Я хочу, чтобы завтра им устроили внезапную проверку. Посмотрим, какова их бдительность на деле!

— Да, сэр.

Голос миссис Райан звучал довольно кротко, но Лоренс слишком хорошо ее знал. Она редко называла его «сэр», а если уж обращалась так, это было явным признаком скрытого негодования. Он заметил в ее обычно спокойных карих глазах красноватое пламя. Миссис Райан явно не одобряла способа, которым он разделался с непрошеной посетительницей. Ей не дано было понять, какие чувства испытывает Лоренс. Мать миссис Райан не бросала ее в десятилетнем возрасте.

— Не смотрите на меня так! — сердито сказал он и зашагал к лифту, чувствуя, что действительно поступил грубо, и коря себя за это.

Его возил личный шофер, поэтому у Лоренса не было необходимости разыскивать место для стоянки. Скотт доставит его куда нужно, а затем вернется домой, чтобы пообедать со своей женой Мартой в кухне особняка Лоренса. Затем в условленное время заберет его.

На пунктуального Скотта всегда можно положиться, и уж ему-то никогда не придет в голову критиковать хозяина. Только женщины думают, что от рождения обладают правом вершить суд над другими. Мужчины более рассудительны и терпимы.

Лоренс пользовался персональным лифтом, который прямиком доставлял его на первый этаж или в подземный гараж, не останавливаясь на остальных этажах. Отец распорядился построить его, не желая, чтобы сотрудники, пользуясь своей кратковременной близостью к шефу, приставали к нему с жалобами и просьбами.

Выйдя на облицованном мрамором первом этаже, Лоренс помедлил, чтобы удостовериться в том, что Мэй Селлерс не сидит где-нибудь в засаде. Но ее не было видно. Толпы людей заходили в другие лифты и выходили из них, направляясь к вращающимся дверям на оживленную улицу или к эскалаторам, ведущим наверх. Но и среди них не было Мэй.

Шагая по холлу, Лоренс, как всегда, любовался его декором. Именно он выбрал этот вариант оформления: одна из длинных стен была целиком из зеркального стекла, пропускавшего столько света, сколько возможно, пол был тоже выложен мрамором, а эскалатор медленно скользил сквозь свисавшую сверху тропическую растительность.

Когда-то помещение банка было темным и сумрачным, а растений не было вовсе — одна лишь скрипучая помпезная мебель. Ребенком он не любил сюда приходить и с ужасом думал о том времени, когда ему придется заменить отца.

Оглядываясь на длинную безрадостную череду прожитых лет, Лоренс не мог припомнить, кем когда-то мечтал стать. Может быть, водителем поезда? Или ученым? Но только не банкиром! Такова уж его судьба, говорил отец. «Рок» было бы более точным словом.