Так и шли: мама, Коля, между ними самокат, как малыш, которого взрослые ведут за ручки. Свернув с проспекта, решили заглянуть в гастроном за продуктами. Не успели сделать и двух шагов, как…
Цыганки появились неожиданно. В цветастых шелковых платьях, грязно-серых носках и стоптанных круглоносых туфлях, они зацокали языками, увидев Колю и новенький самокат.
— Ай, молодец, женщина! Ребенку игрушку купила. Красивая игрушка, дорогая.
— Красивая, — поддержала ее подруга, — но опасная. Я вижу, несчастье за ней тянется.
Мама испуганно остановилась.
— Что вы сказали?
— Вижу, едет мальчик на дорогу и попадает прямо под машину. Отворотить беду надо, иначе — сбудется.
Мама подошла к ним поближе.
— А как ее отворотить?
Коля такой встрече даже обрадовался. Пока мама общалась с цыганками, он снял с руля оберточную бумагу, проверил педаль тормоза, вскочив на подножку, ловко оттолкнулся и поехал. Шины мягко зашуршали, набирая скорость…
Ход был отличный, тормоза железные. На широкой, с резиновой прокладкой, подножке можно было стоять сразу двумя ногами. Доехав до конца переулка, и лихо, с юзом, развернувшись, он покатил назад, к перекрестку. Цыганок там уже не было, только мама в светлом, с крупными горошинами, платьице растерянно копошилась в своей сумочке. Будто что-то потеряла… Оказалось — не будто.
В отделении милиции у них состоялся очень серьезный разговор.
— Ну, как же можно быть такой доверчивой, — громко говорил высокий, в синих галифе следователь, расхаживая по просторному кабинету. — Неужели вы не видели, что вас обманывают?
— Нет, — плача отвечала мама. — Поняла, когда уже деньги из рук пропали.
— В глаза нужно было смотреть, в глаза, — милиционер раскрыл пачку «Казбека» и выудил длинную папироску. — Они вас никогда не обманут.
— Почему? — полюбопытствовал Коля, сидевший на стуле рядом с мамой.
Следователь на удивленье не пренебрег его вопросом.
— Понимаешь, дружок, когда человек говорит неправду, мозг у него работает активней обычного, и это видно по глазам. Поэтому враль старается их прятать.
— А цыганка ничего не прятала, — возразила мама. — Она, наоборот, в упор на меня смотрела.
— Все верно, — согласился сотрудник. — Это люди подготовленные, тренированные. Но глаза у них все равно ненастоящие, поддельные, как фальшивка, — он сел за стол, качая головой. — Эх, товарищи, товарищи, где же ваша бдительность?
Коля слушал, не отвлекаясь.
Оперативник положил на макушку коллеги широкую ладонь, не спеша, спроецировал ее на собственную грудь и, ехидно щерясь, кашлянул.
— Не завидуй высоким людям, малыш, лучше морковку по утрам кушай.
— 2 метра — это рост верблюда, — хмуро пробурчал Полынцев. — Я прям весь обзавидовался.
— Лучше быть ростом с верблюда, чем с осла, — надменно парировал Мошкин.






