ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Таинственная фигура гробокопателя. Странные, похожие друг на друга трупы. Загадочное поведение сельского пенсионера. И чеченский след. В капкане Дмитрий Иванович Линчевский Глава 1 К исходу ночи молния вспорола сизую тучу, и на землю посыпался густой весенний дождь. Через минуту вода пригладила кудри берез, через две — затопила ямы и ложбины, через три — хлынула по лугам бурлящими потоками. Рыхлое седое небо, в толще которого утонули солнечные лучи, провисло до макушки леса, затмив последние надежды на прояснение. Тем, кто встретил это утро в пути, вряд ли оно показалось добрым. На краю большого в пышных яблонях села, посреди раскисшей от дождя дороги, бойко дергалась и гулко завывала застрявшая в канаве «БМВ». В машине сидели двое: за рулем — крепкий молодой мужчина с пухлыми, словно укрывшими пару яблок, щеками, в соседнем кресле — бритый наголо парень, похожий на штангиста или борца-тяжеловеса. Они махали из окон руками (а водитель отчаянно сигналил), подавая аварийные знаки ревущему в поле трактору. Но тщетно. Механизатор широкого профиля Афанасий Колокольников, следуя испытанной деревенской традиции, не спешил проявлять отзывчивость. Чем длиннее пауза, тем выше вознаграждение — проверено на собственном опыте. А то ведь некоторые рассуждают, мол, сунь крестьянину на шкалик, и тот запрыгает от счастья. Э нет, дружок, шалишь. В селе законы рынка знают — литр, не меньше. А то и два, если повезет. Тут главное — не суетиться. — Надо идти за трактором, — сказал водитель «БМВ», потеребив свой жиденький, филированный под садовую оградку чубчик. — Нас оттуда не видно. — Все видно, — буркнул пассажир, откинувшись на спинку кресла. — Просто гнида-тракторист цену себе набивает. Подождем немного, сам приползет. Афанасий Колокольников, рыжий сорокалетний верзила, усыпанный с головы до пят крупными, как горох, веснушками, сразу заметил неладное. Приезжие почему-то успокоились и,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чем бы закончился дружеский разговор — неизвестно, но за дверьми неожиданно раздался гневный окрик Инны Вишняковой.

— Послушайте, вы, ослик с верблюдом, не топчитесь под моим порогом, здесь, между прочим, все слышно! Скачите лучше на лужайку.

Сконфуженные милиционеры, почесывая затылки, тихонько отошли от двери.

— Космическая, 33 — твой участок? — спросил полушепотом Мошкин.

— Мой, а что?

— Мужик оттуда утром звонил, труп опознал по телевизору.

— Ты его уже опрашивал?

— Пока нет, только собрался. Поехали вместе.

Полынцев покосился на кабинет.

— У меня тут дела еще… кое-какие.

— Успеешь, — махнул рукой Мошкин. — Я сегодня на машине, мигом обернемся.

— На машине, говоришь?..

— А то!

— Ну, тогда поехали…

Допотопный жигуленок Мошкина, хрипя и цокая клапанами, как лошадь подковами, с неприлично медленной скоростью подъезжал к улице Космической. Если бы Полынцев решил опозориться перед жителями своего участка, то этот способ вполне бы сгодился.

Кроме «отличных» ходовых качеств, машина обладала и «повышенной» комфортабельностью: пассажирское сиденье болталось во все стороны (вместе с пассажиром), выхлопные газы пробивались в салон сизыми клубами, а треснувшие окна были заглушены намертво (стеклоподъемники и ручки не работали).

— Приехали, — сказал Мошкин, выдыхая дым, словно только что покурив.

Полныцев откинул дверцу, будто люк подбитого танка. Ядреный смог густо повалил наружу.

— Говорят, фашисты во время войны в таких душегубках народ гробили, — сказал он, направляясь к подъезду.

— Все лучше, чем пешком, — не слишком уверенно возразил коллега.

Дверь квартиры открыл плотный, с припухшим красным носом, мужчина лет 30–35. Это был тот самый невежа, что опрометчиво нагрубил бывшему солдату Зотову.

— Здравствуйте, Васьков, я снова к вам, — сказал Полынцев, заходя в просторный, ободранный (видимо, для ремонта) коридор.

— Лейтенант Мошкин, — представился коллега, шагнув следом.

— Вы по поводу моего звонка? — тихо спросил хозяин.

— Да, разумеется, — кивнул Полынцев, выжидающе взглянув на напарника.

Тот раскрыл кожаную папку, порывшись в бумагах, достал фотографию убитого старика.

— Это вы нам звонили по поводу трупа?

— Я, — кивнул Васьков.

— Это ваш хозяин?

— Не мой, а квартиры. Я ее недавно купил.

— Я о том и говорю, — недовольно пробурчал Мошкин.

— И где же он?

— Как, где? В морге, наверное.

— Я не о том говорю. Где он жил после продажи квартиры?

Васьков устало вздохнул. Вопрос этот, судя по всему, вызывал в его душе неприятные воспоминания о встрече с солдатом Зотовым.

— Не знаю. Я новый адрес у него не спрашивал.

— А вы между собой все формальности уладили? — поинтересовался Полынцев.

— Нет. Он должен был свою рухлядь забрать и в паспортном столе выписаться. Теперь я понимаю — ждать уж нечего.