Бубенчики на двери соседнего дома позвякивали на ветру. Наблюдая за движениями кисти Анны, Тула размышляла над словами подруги и в конце концов признала, что та права. Она любит Саймона и Натана. Любит семью, которой они втроем стали, пусть даже ненадолго. Ей больно осознавать, что она в этой семье лишняя и ей скоро придется уйти. Мысль об одиночестве угнетала ее.
— Ты права, — наконец сказала она.
— Я впервые об этом жалею, — ответила Анна.
— Но что я могу поделать? Я не могу помешать Саймону стать опекуном Натана. Он имеет полное право воспитывать своего сына. Я также не смогу остаться, когда передам ему право опеки.
— Это серьезная проблема, — сказала Анна. — Но у каждой проблемы есть решение.
— Остается только его найти, — пробормотала Тула.
Последние несколько дней были чудесными. Днем она работала и присматривала за Натаном. Когда Саймон возвращался с работы, они вместе ужинали, занимались малышом. После того как они укладывали Натана спать, наступало их время.
Секс был просто невероятным. С каждым разом он становился все лучше, но к удовольствию Тулы примешивалась горечь. Она дорожила каждой минутой, проведенной с Саймоном, зная, что расставание неизбежно. Оба прекрасно это понимали, но молчали.
Натан весело залепетал у нее на коленях, и она тяжело вздохнула.
— Дорогая, если он тебе нужен, борись за него, — посоветовала ей Анна.
— О чем ты говоришь?
— Я говорю о любви. Я знаю, что ты любишь Саймона. Я вижу это. Есть вероятность того, что он тоже увидит.
— О боже, — простонала Тула. — Надеюсь, что нет.
— Почему? — Анна повернулась, чтобы посмотреть на нее. — Почему ты скрываешь свои чувства? Разве не ты мне советовала бороться за свое счастье?
— Да, но…
— Если Саймон не отвечает тебе взаимностью, это другое дело. — Потерев нос, она сделала еще пару мазков. — Впрочем, я готова поспорить, что Саймон тебя любит. Разве тебя можно не любить? Я видела вас вместе вчера и сегодня утром. Он так на тебя смотрит…
— Как? — В сердце Тулы загорелся огонек надежды.
— Так, будто в комнате нет никого, кроме тебя, — с улыбкой ответила Анна. — Но, Тула, ты никогда не узнаешь, что он к тебе чувствует, если не поговоришь с ним об этом.
— Как мне это сделать?
— Знаешь, когда лучше всего говорить с мужчинами о таких вещах? Сразу после секса. В эти минуты они обычно довольны, расслаблены и готовы к откровениям.
«Иногда», — подумала Тула. Часто они бывают раздражительны. Все же попробовать стоит.
Она покачала головой:
— Сэм знает, какой хитрой ты можешь быть?
— Думаю, да, — ответила Анна с озорной улыбкой. — К тому моменту, когда он понимает, что я схитрила, чтобы добиться своего, уже слишком поздно.
— Я не знаю…
— Кто сказал, что в любви и на войне все средства хороши?
— Не помню, — сказала Тула, — но, готова поспорить, это был мужчина.






