ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Все в жизни светлой феи Аделаиды не так! Родственники поголовно некроманты. Лучший друг – параноик. Жених фиктивный. Да еще и свалил на целый год этот мерзкий темный, не оставив никакой информации... Пять разбитых сердец Ева Геннадьевна Никольская Из дневника того самого менестреля, которому Дин Эльт-Ма-Грэниус [1] поручил составление упомянутого ниже письма Четыре года назад глава известной в волшебной стране семьи некромантов решил выдать замуж свою единственную дочь Аделаиду Ванн [2] Грэниус. Нанял именитого менестреля для составления письма, подготовил список женихов, подходящих по родословной, благосостоянию и направленности дара, после чего всем им разослал предложение заключить брачный союз с его наследницей. И желающие, как водится, откликнулись. Да вот незадача: девчонка от свадьбы отказалась, из дома к бабушке сбежала, Академию светлого искусства, вопреки запрету отца, закончила, а потом и вовсе самостоятельную жизнь начала – купила дом да практику цветочной феи открыла. А письма… Что письма? Просто «ласточки», разлетевшиеся в разные уголки мира и осевшие в руках магов… исключительно темных магов с подтвержденной степенью магистра! [3] И когда только успел достать… а главное, откуда? – Уймись, Эмиль! – попросила она. – Никто не покушается на твою жизнь. Разве что потолок, но тут еще надо выяснить, кто из вас на кого первым напал. – Уголки ее губ чуть поднялись, а черные глаза лукаво сверкнули. – Будь добр, заплати за проезд – мы приехали! – Не Эмиль, а Эмо! Э-мо! – прошипел приятель, спрятал оружие и выскочил наружу. Сквозь распахнувшуюся дверцу пахнуло жарким ветром. Фея выглянула на улицу, постояла немного на лесенке, потом решительно спустилась вниз на твердую поверхность мощеной дорожки. Бережно прижав к себе игрушечного котенка, девушка направилась к воротам постоялого двора. Городок, в который они прибыли, выглядел непривычно и действовал на Адель угне

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У распахнутого окна спиной к ней стоял высокий мужчина в дорогом темно-сером костюме с едва заметной серебристой отделкой, над воротом его камзола выглядывала кипенно-белая рубашка, а из-под рукавов – манжеты с драгоценными запонками. Яркий солнечный свет превращал его волнистые волосы в чистое серебро. В украшенной массивным перстнем руке мужчина держал бутылку коллекционного вина. Густая багряная жидкость медленно наполняла стоявшие на подоконнике бокалы. На приход Жозефины он даже не обернулся.

– Э-э-э, я попозже зайду, – помявшись на пороге, выдала ведьма. Мысленно она уже дала себе не одну затрещину за чрезмерную импульсивность. Рисковать будущей карьерой девушке хотелось меньше всего.

– Ну почему же? – Поставив бутылку, мужчина взял в руки бокалы и плавно повернулся. На его бледном лице с россыпью мелких серых пятнышек насмешливо щурились серые глаза. – Располагайся, Рыжик. Я как раз собирался помянуть Мохнатика

[19]

. Составишь компанию, а? – лукаво улыбнулся ей «вечный студент».

«А где ректор?» – хотела спросить ошарашенная Жозефина, глядя на знакомо-незнакомое лицо, но вместо этого выдала лишь последнее слово и, достав из кармана пропуск, с удивлением уставилась на подпись, которая там красовалась.

– Ректор, – ответил на ее невнятный вопрос Ян. – Не похож?

Ведьма нахмурилась.

– А почему вы, уважаемый, не сообщили нам, кто вы такой? – поинтересовалась она.

– Потому что подобное, Лисичка, в мои полномочия не входит. Да и не скрывал от вас это никто. Вы сами больше заняты были взломом архива, а не изучением личностей вышестоящего начальства, – сделав глоток, заявил ректор и ехидно добавил: – Хотя деканами ты как раз интересовалась.

Жози недовольно поджала губы, но сдержалась, чтобы не ответить на колкость. Теперь-то она поняла, с чьей именно легкой руки их так быстро взяли на вакантную должность в самый престижный университет. А еще она осознала, почему охрана ночью послушалась этого самого Яна и не прибежала ловить нарушительниц. Студент… Ха! Оборотень он серый!

– А почему волосы раньше другого цвета были? – продолжала выпытывать гостья, пытаясь нащупать дверную ручку за спиной.

– Так потому, что эликсир восстанавливающий пил, а тут забыл его по рассеянности, – сладким голосом ответил ей Волк.

– Ой… – Вспотевшие пальцы ведьмы вцепились в вожделенную ручку. – А мне пора, там занятия скоро… – пробормотала она, пытаясь открыть дверь, но та никак не поддавалась, как будто ее зачаровали. Или не будто? – Проклятье! – выругалась себе под нос Жозефина.

– Спокойно, Колючка, – присев на подоконник, усмехнулся Ян. – Ты мне после Тритэры задолжала одно свидание, помнишь? Так вот… пришло время отдавать долги.