ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Все в жизни светлой феи Аделаиды не так! Родственники поголовно некроманты. Лучший друг – параноик. Жених фиктивный. Да еще и свалил на целый год этот мерзкий темный, не оставив никакой информации... Пять разбитых сердец Ева Геннадьевна Никольская Из дневника того самого менестреля, которому Дин Эльт-Ма-Грэниус [1] поручил составление упомянутого ниже письма Четыре года назад глава известной в волшебной стране семьи некромантов решил выдать замуж свою единственную дочь Аделаиду Ванн [2] Грэниус. Нанял именитого менестреля для составления письма, подготовил список женихов, подходящих по родословной, благосостоянию и направленности дара, после чего всем им разослал предложение заключить брачный союз с его наследницей. И желающие, как водится, откликнулись. Да вот незадача: девчонка от свадьбы отказалась, из дома к бабушке сбежала, Академию светлого искусства, вопреки запрету отца, закончила, а потом и вовсе самостоятельную жизнь начала – купила дом да практику цветочной феи открыла. А письма… Что письма? Просто «ласточки», разлетевшиеся в разные уголки мира и осевшие в руках магов… исключительно темных магов с подтвержденной степенью магистра! [3] И когда только успел достать… а главное, откуда? – Уймись, Эмиль! – попросила она. – Никто не покушается на твою жизнь. Разве что потолок, но тут еще надо выяснить, кто из вас на кого первым напал. – Уголки ее губ чуть поднялись, а черные глаза лукаво сверкнули. – Будь добр, заплати за проезд – мы приехали! – Не Эмиль, а Эмо! Э-мо! – прошипел приятель, спрятал оружие и выскочил наружу. Сквозь распахнувшуюся дверцу пахнуло жарким ветром. Фея выглянула на улицу, постояла немного на лесенке, потом решительно спустилась вниз на твердую поверхность мощеной дорожки. Бережно прижав к себе игрушечного котенка, девушка направилась к воротам постоялого двора. Городок, в который они прибыли, выглядел непривычно и действовал на Адель угне

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Это что? Ревность? Эми…

– Ревность?! – расхохотался парень, продолжая сжимать ее полуобнаженные плечи. Обычно голубые, сейчас глаза друга напоминали грозовое небо, расширенные зрачки зловеще подрагивали в окружении мрачной синевы. – Да, ррревность! – рявкнул он, обрывая смех.

А потом быстро наклонился и поцеловал ее. Мучительно-нежно и в то же время как-то… отчаянно.

От парня пахло лесом и вином. Что и почувствовала девушка, когда его губы накрыли ее. Какое-то время она пребывала в полной прострации, не зная, как реагировать. Потом попыталась оттолкнуть друга, но тот даже не сдвинулся с места. Как бы ни был ей дорог Эмиль, помирать от недостатка воздуха в свои двадцать два года фея не собиралась. Нащупав рукоять топора, она с силой дернула его вверх и тут же опустила тупым концом на ногу Эмо. Тот взвыл – Адель дернулась. Эльф отшатнулся, схватившись за ушибленную конечность, фея тоже шарахнулась в сторону, но, быстро сообразив, что промедление смерти подобно, помчалась в направлении своей комнаты.

– Подожди! – крикнул пострадавший, громыхнув топором. – Ада, постой…

«Ага, сейчас!» – мысленно ответила она, прикидывая расстояние до своей двери, а вслух крикнула:

– Ты пьян, Эмиль!

– А-а-адель! – Голос друга мало походил на дружеский, что придало ей ускорения.

Завернув за очередной угол, фея часть пути прокатилась по полу, как по зимнему катку, затем толкнула дверь Лолы, расположенную ближе, и, обнаружив, что та не заперта, влетела в покои зор-зары. Девушка закрылась на замок, перевела дыхание, прислонившись лбом к косяку, и наконец обернулась.

– Кхм… – выдала Илоланта, лежавшая на диване с чашей зора. – Полотенце в ванной.

В коридоре, как ни странно, никого не оказалось.

«Накуролесили и по норам расползлись, что ли? – подумала зор-зара, оглядываясь. – Или искать девчонку по всему дому отправились? Хе-х… идиоты!»

Забрав из покоев феи игрушку, Лола прихватила еще и приглянувшийся ей кремовый шарфик, после чего прогулочным шагом направилась к Ритэру. Открыв дверь ключом, она мило улыбнулась алхимику, который выскочил ей навстречу в банном халате и с прижатым к виску полотенцем. Не дав ему сообразить, что к чему, Илоланта одним длинным прыжком повалила его на пол, сильно ударила головой в район переносицы и, отметив, как съезжаются в кучу зеленые глаза мужчины, отправилась на поиски артефакта. К счастью, долго разыскивать металлическую пластину не пришлось. Табличка лежала рядом с тетрадью на тумбочке, и, покрутившись немного, гостья быстро ее обнаружила. Размяв кости, «пантера» приняла человекоподобную форму, полистала дневник, заинтересовалась, сгребла его в кучу со скрижалью и потопала к выходу.