ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Страсть — так, пожалуй, можно точнее всего определить чувство, которое движет героями этого романа известной американской писательницы Лай­зы Джексон. Подчас бремя страстей вынуждает их совершать н... Уважаемый читатель! С разрешения моего издателя хочу поделить­ся с тобой той радостью и волнением, которые вызывает во мне выход в свет романа «Сокрови­ща» (русский перевод романа издан редакцией международного журнала «Панорама» в начале 1996 г.— Ред.). Эта книга стала воплощением моей мечты писать более объемные и более проникновенные, более чувственные книги. Надеюсь, ты получишь удовольствие от «Сокровищ» — одного из моих самых любимых сочинений. Хочется верить, что ты познако­мишься и с моим следующим романом («Бремя страстей».— Ред.). В этом произведении рас­сказывается о судьбе двух единокровных сестер и соперниц Энджи и Кэссиди Бьюкенен, добива­ющихся любви сурового нелюдима Брига Маккензи. В книге тесно переплетаются тайные желания, беспощадная месть и смелая любовь. Благодарю всех, кто уже не первый год ин­тересуется моими сочинениями. Я люблю полу­чать письма от своих читателей и надеюсь, что и ты черкнешь мне пару строк. С самыми теплыми поже­ланиями Лайза Джексон Lisa Jackson 333 South State Street, 308 Lake Oswego, Oregon 97034 — Давайте пройдемся еще раз,— предло­жил он, откинувшись на спинку стула и забро­сив ногу в тяжелом ботинке на колено. Его напарник, Стив Гонсалес, остался стоять, упи­раясь плечом в дверную раму и скрестив руки на худосочной груди; взгляд его темных глаз неотрывно был направлен на женщину, кото­рая оказалась в центре всего происшедшего: убийство, поджог, а возможно и что-то значи­тельно большее. Нарочито небрежным жестом Т. Джон при­двинул к себе папку и начал листать страницы, пока не дошел до записи сделанного ею в от­сутствие адвоката заявления всего лишь нес­колько часов назад. — Ваше имя?.. Ее янтарные глаза вспыхнули от возмущ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Конечно, он был способен на безрассудные поступки, но только в пьяном виде или в очередной истории с женщиной.

Мысленно представив Брига с женщиной в постели, то, как его сильное мускулистое тело прижимается к ней, содрогаясь в любов­ных конвульсиях, она испытала нечто еще не­изведанное — внутри у нее все задрожало, вскипевшая кровь бросилась в лицо. Она тут же отогнала от себя подобные мысли.

С некоторых пор, после того как, Расти Кэлхун поцеловал ее, прижимая к шершавой бетонной стене футбольного стадиона, она ста­ла слишком часто задумываться об отношени­ях между мужчинами и женщинами и о том, чем они занимаются за закрытой дверью. Расти дошел до того, что расстегнул ей кофточку, неуклюже просунул руку в лифчик и начал ласкать ей грудь прежде, чем ей удалось вы­рваться. Нельзя сказать, что целоваться с ним ей было неприятно, хоть и в этом они оба оставались неумелыми подростками, но что-то пугало. Соблазнительно, но жутковато.

Потом Расти звонил ей каждый вечер, но она больше не выходила к нему погулять. Она не была готова к тем забавам, которых он ждал от нее. К тому же она подозревала, что он просто использует ее как средство подобраться поближе к Энджи. Ведь все мальчишки жаждали Энджи.

Но почему же у нее возникли запретные мысли о Бриге Маккензи? Он ведь совсем взрослый, ему, наверное, столько же лет, сколько брату Деррику. И вообще, он наемный работник. Он не смеет командовать ею. Но все же она почти физически ощущала на себе его взгляд, и путь к дому показался ей нелегким.

Добравшись до заднего крыльца, она скинула ботинки и на цыпочках прокралась к себе в комнату. Из кухни доносилась музыка, комнаты, где работал телевизор,— громки невыразительный голос постоянного ведущего новостей. Она придумает, как ей перехитрить Брига Маккензи. Не будет же он день и ночь стоять на страже возле Реммингтона.

Сердце никак не хотело успокоиться, он заперла свою дверь и, не зажигая света, пере секла комнату, остановилась у открытого or на. Мир был прекрасен. Сумерки покрыли по ля темно-фиолетовыми тенями, на фоне которых выделялись черные силуэты лошадей.

Кэссиди посмотрела в сторону конюшен. Бриг по-прежнему был там. Привалившись спиной к изгороди, он смотрел на ее окно. Потом зажег спичку и на мгновение высвети лось его лицо: резкие, грубоватые, будто высеченные из камня черты — острые углы на плоскости, густые черные брови. Неподвижное лицо было обращено к ней. Прикурив, о небрежно отшвырнул спичку.

В горле у Кэссиди пересохло, но она про­должала стоять у окна, держась за раму одеревеневшими пальцами. Закусив губу, она не сводила глаз с одинокой фигуры, темневшей на фоне белых досок. Виден был красный огонек его сигареты, тоненькая струйка дыма вилась в воздухе.