ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Страсть — так, пожалуй, можно точнее всего определить чувство, которое движет героями этого романа известной американской писательницы Лай­зы Джексон. Подчас бремя страстей вынуждает их совершать н... Уважаемый читатель! С разрешения моего издателя хочу поделить­ся с тобой той радостью и волнением, которые вызывает во мне выход в свет романа «Сокрови­ща» (русский перевод романа издан редакцией международного журнала «Панорама» в начале 1996 г.— Ред.). Эта книга стала воплощением моей мечты писать более объемные и более проникновенные, более чувственные книги. Надеюсь, ты получишь удовольствие от «Сокровищ» — одного из моих самых любимых сочинений. Хочется верить, что ты познако­мишься и с моим следующим романом («Бремя страстей».— Ред.). В этом произведении рас­сказывается о судьбе двух единокровных сестер и соперниц Энджи и Кэссиди Бьюкенен, добива­ющихся любви сурового нелюдима Брига Маккензи. В книге тесно переплетаются тайные желания, беспощадная месть и смелая любовь. Благодарю всех, кто уже не первый год ин­тересуется моими сочинениями. Я люблю полу­чать письма от своих читателей и надеюсь, что и ты черкнешь мне пару строк. С самыми теплыми поже­ланиями Лайза Джексон Lisa Jackson 333 South State Street, 308 Lake Oswego, Oregon 97034 — Давайте пройдемся еще раз,— предло­жил он, откинувшись на спинку стула и забро­сив ногу в тяжелом ботинке на колено. Его напарник, Стив Гонсалес, остался стоять, упи­раясь плечом в дверную раму и скрестив руки на худосочной груди; взгляд его темных глаз неотрывно был направлен на женщину, кото­рая оказалась в центре всего происшедшего: убийство, поджог, а возможно и что-то значи­тельно большее. Нарочито небрежным жестом Т. Джон при­двинул к себе папку и начал листать страницы, пока не дошел до записи сделанного ею в от­сутствие адвоката заявления всего лишь нес­колько часов назад. — Ваше имя?.. Ее янтарные глаза вспыхнули от возмущ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В воздухе стоял аромат свежескошенной травы, увядающих роз и запах пыли. Жужжали насекомые. А Бриг все курил, мрачный страж, исполненный решимости поступить по-своему. Такой же упрямый, как жеребец, которого она непременно приручит.

Не сможет же он стоять там все время. Ей нужно только переждать. Отвернувшись от ок­на, она вновь услышала его гортанный издева­тельский смех, который, как ей показалось, громким эхом прокатился в отдаленных горах.

Джеду Бейкеру жгло пальцы, державшие раскаленный руль новенького «корвета». При­парковался возле ресторана «Приют Бургера». Ключи болтались в замке зажигания, надры­вался радиоприемник, а он тянул коку со льдом и осматривал прилегающую к рестора­ну лужайку для пикника, где под сенью трех огромных дубов теснилось несколько столи­ков. Среди сидевших там была Энджи Бьюкенен со своей лучшей подругой Фелисити Кол-Дуэлл; уписывая жареную картошку с кетчупом и лениво попивая содовую, они делали вид, что не замечают его с Бобби, сидящих в открытом автомобиле и не сводящих с них глаз. По радио передавали интересную пьесу, смысл ко­торой едва доходил до него. Щурясь от солнца, он сказал:

— Она и не подозревает, что именно я буду ее первым мужчиной.— Глаза его замаслились от сладостного предвкушения, пока он разме­шивал в коке кубики льда.

— Ага, а я буду священником, — насмеш­ливо отозвался Бобби Алонсо. Он прикончил шоколадный коктейль и продолжал смотреть через ветровое стекло на Энджи.

Такие девушки — Энджи и Фелисити! Стар­шая дочь самого богатого человека в городе и единственная дочь одного из наиболее преуспевающих судей в округе. Девушки смеялись и болтали, шепотом делились друг с другом секретами, хихикали, как испорченные девчон­ки, и очаровательно округляли розовые губки вокруг соломинок в бокалах.

Чресла Джеда тяжелели от одного созерца­ния Энджи, он почти физически ощущал ее. Может, Бобби и не поверил ему, только он не солгал. Он твердо решил, что добьется близос­ти с Энджи еще до конца лета.

—По-моему, она уже кого-то себе заве­ла,— сказал Бобби, выбрасывая из окна пус­той стаканчик, который угодил в пустую жес­тянку. На вылившиеся остатки сиропа тут же слетелись осы и мухи.

Пальцы Джеда стиснули руль.

— Кого?

— Откуда я знаю, только вид у нее… как у втрескавшейся.— Бобби облизал с губ остат­ки молочного коктейля.— Скорей всего, она утратила свою невинность.

— Много ты в этом понимаешь. — Джед не скрывал раздражения.

Мысль о том, что кто-то другой притрагивался к ней, подействовала на него, как красная тряпка на быка. У нее было все, что ему требовалось от женщины: смаз­ливая мордашка, чувственная улыбка, боль­шие груди… и деньги, много-много денег.