ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Клеопатра при рождении была объявлена богиней, в восемнадцать стала царицей, дважды выходила замуж — за собственных братьев, начав войну против первого и отравив второго; ее любовниками были Юлий Ц... Глава 1 Эта египтянка Главное достоинство человека — разумное понимание того, во что не стоит верить. Еврипид Клеопатра Седьмая, одна из самых знаменитых женщин, что когда-либо жили на земле, правила Египтом двадцать два года. В один прекрасный день она потеряла царство; обрела вновь, потом опять едва не потеряла, создала империю — и утратила все. Богиня по праву рождения, царица с восемнадцати лет и знаменитость на все времена, эта женщина еще при жизни удостоилась восторгов и хулы, сделалась героиней сплетен и легенд. В зените славы она владела всем восточным Средиземноморьем, последним из великих египетских царств. В ее руках на краткий миг оказалась судьба всего западного мира. Она родила ребенка от женатого мужчины и еще троих от другого. И умерла в тридцать девять лет спустя четверть века после рождения Христа. Смерть упрочивает прижизненную славу, а конец Клеопатры был внезапным и будоражащим. И с тех самых пор ее история волнует наше воображение. Величайшие поэты и драматурги посвящали ей свои произведения; вот уже две тысячи лет она говорит их голосами. Посмертная жизнь Клеопатры оказалась удивительно насыщенной: она побывала астероидом, компьютерной игрой, рекламной картинкой, маркой сигарет, ночным клубом, игральным автоматом, синонимом Элизабет Тэйлор. Все началось с легкой руки Шекспира. Если бы он только знал… О ней все слышали, но ее никто не видел. Клеопатра одна из самых известных исторических фигур, но мы не имеем ни малейшего понятия о том, как она выглядела. Более-менее достоверным можно считать одобренное самой царицей изображение на монетах. Это была мудрая и трезвая правительница, которая знала, как построить флот, как подавить мятеж, как чеканить

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В последующие годы царица старалась обратить римское могущество себе на благо, а когда Цезаря убили, сменив несколько покровителей, примкнула к его протеже Марку Антонию. История этой женщины закончилась, не успев начаться, хотя сама она, разумеется, не могла это знать. После ее смерти Египет стал римской провинцией и вновь обрел независимость только в двадцатом веке.

У кого найдется доброе слово для женщины, которая спала с двумя самыми могущественными мужчинами своей эпохи? Определенно, не у римских историков. Клеопатра воплощала собой вдвойне опасное сочетание; она была женщиной и властительницей, а еще Еврипид предупреждал за много столетий до этого; умные женщины опасны. Римскому историку ничего не стоило объявить, что иудейская царица была чисто номинальной фигурой, а через шесть страниц обвинить ее же в непомерном властолюбии. Или вот еще пример. Брачный контракт первого века до нашей эры обязывал будущую жену быть кроткой и покорной. Он же запрещал ей опаивать мужа зельями. Мы не знаем, любила ли Клеопатра Антония и Цезаря, но нам доподлинно известно, что она вертела ими, как хотела. С точки зрения римлян, египтянка обоих «поработила», хотя на самом деле они сыграли вничью: властолюбивая женщина против вероломного мужчины. Когда у жены первого римского императора Августа спросили, в чем секрет ее влияния на мужа, та ответила: «Я всегда была скромна и благонравна, всегда готова услужить супругу, не лезла в его дела и притворялась, будто не замечаю его многочисленных фавориток». Конечно, эту формулу не стоит понимать буквально. Да и Клеопатра была сделана из другого теста. Ей ничего не стоило призвать к ответу великого полководца в разгар увеселительной рыбалки под томным александрийским солнцем.

В Риме считали греков лживыми и развратными. Македонянка Клеопатра тем более была под подозрением, ведь ее соплеменникам молва приписывала «особую склонность к изощренному обману». Римляне, сколько бы они ни отпирались, были падки на экзотику и эротику; а Клеопатра была истинной дочерью мистического Востока, плоть от плоти его загадочной, пропитанной чувственностью земли, столь же прихотливой и непредсказуемой, как приливы Нила. Повстречав ее, мужчины теряли головы и напрочь забывали о долге. Царица осталась загадкой даже для Плутарха, оставившего нам жизнеописание Марка Антония. Историк девятнадцатого века простодушно утверждает, что на момент встречи с Цезарем она была «легкомысленной девицей шестнадцати лет от роду» (хотя на самом деле Клеопатре исполнился двадцать один год, и ее можно было назвать вполне взрослой женщиной). Дурная слава Востока основательно испортила репутацию царицы, но она ведь и вправду родилась в этом пряном краю интриг и сладострастия.