— A rivederci, синьор.
Он не перестает внутренне улыбаться. В такое хорошее настроение его приводит мысль о том, что полицейские ищейки, которые сюда должны заявиться, будут иметь глупый вид из-за того, что у них все так сходится: время смерти жертвы, его уход и короткая беседа со сторожем, отпечатки папиллярных линий. И всеобщее возмущение — профессор, ученый с именем — и женоубийца. На этом закончится не слишком длинная, но и не такая уж короткая история научной деятельности профессора Замбетти.
Насвистывая, он выходит из опустевшего здания института. Теперь его ждет небольшая пластическая операция, на этот случай все подготовлено. В то же время он знает, что операция ему не помешает продолжать руководить деятельностью своей организации. Доктор привел в действие все аварийные контакты. Очередное сообщение «Огненных бригад» выйдет с опозданием на один день.
14
Подробно описав обстоятельства своего ареста в аэропорту, а также неожиданное освобождение, Рико передал зашифрованный текст связному и набрал номер Моники. Ответил мужской голос, спрашивающий, кто и по какому делу звонит. Таким же вежливым тоном Рико назвал свою фамилию, должность, а также номер телефона, с которого звонит, и попросил позвать Монику. «Синьорина Моника на какое-то время уехала», — услышал он.
«Выходит, наблюдения еще не сняли», — подумал Фабиани и потребовал сообщить место пребывания дочери сенатора. «Мы позвоним вам сами, прошу ждать».
Само собой разумеется, Рико учитывал, что Моника находится под охраной полиции, и звонил совершенно сознательно, чтобы подчеркнуть свою связь с девушкой, от которой он не отказывался. Действуя таким образом на глазах органов безопасности, Рико считал этот путь наиболее правильным и лучше всего обеспечивающим ему алиби. Он был уверен, что находится под заботливым наблюдением агентов, не спускающих с него глаз. В принципе цель уже была достигнута. Рост общественного недовольства являлся лучшим свидетельством того, что удар был направлен точно. Введение чрезвычайного положения в какой-то степени приостановило деятельность организаторов волнений, ведущих к анархии, но это вовсе не значит, что оно предотвратило самое важное. Все организации и общественные движения, связанные с коммунистами, а также сотрудничающие с ними деятели других левых партий должны быть выметены с политической карты Италии. Это делается ценой репутации христианско-демократической партии, которая по сути дела сама обрекла себя на поражение. Гнев народа будет направлен не только против христианских демократов, он должен ударить также и в коммунистов. И не только ударить, а раз и навсегда исключить их из общественной жизни Италии.






