ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В книге современной американской писательницы честно переплелись судьбы умудренного жизнью полицейского и прекрасной манекенщицы, попавшей в паутину опасностей. Их ждут настоящие испытания, но любовь... Верь мне! Джин Реник 1 Элисон Шрив, одетая в толстый индийский свитер, который, впрочем, не согревал ее, стояла на заснеженном асфальте у здания аэропорта, рассматривая свои новые спортивные ботинки. Шрам на ее левом плече занемел от холода и ныл; ее тошнило от через силу съеденного завтрака, казалось, что его тяжесть вот-вот вывернет желудок наизнанку. Аэропорт бурлил: подъезжали пестрые такси, запорошенные снегом автомобили заносило на скользкой дороге, они сигналили, буксовали, мимо спешили нервные пассажиры. Прохожие женщины с интересом поглядывали на Джейка, не обращая никакого внимания на неприметную Элисон, стоявшую прислонившись к холодной дверце его серебристо-голубого мерседеса. Снежная крупка покалывала кожу на лице, а порывы ветра развевали ее густые белокурые волосы. Даже под кожаной курткой, одолженной у Джейка для предстоящей поездки, ее тело стыло на ледяном ветру. Она подняла глаза — в темных кругах усталости — и пристально поглядела на его породистое лицо в автомобильном окне, как всегда, строгое и непреклонное, обращенное сейчас к ней. — Может, я все-таки не полечу? На пересадку в Майями слишком мало времени: я наверняка не успею, пропущу рейс… Ветер подхватил обрывки ее слов и пар дыхания, а она в это время откровенно искала причины, чтобы в последнее мгновение отменить поездку. — Я ведь изучала культуру племен майя, и эти раскопки вряд ли мне многое дадут… Да и солнце может повредить моей к-коже… Она начнет шелушиться… Неумолимый голос Джейка резко оборвал ее: — С каких это пор ты беспокоишься о своей коже? Я же сам видел, как, загорая, ты доводила ее до красноты макового цвета. И потом ты едешь вовсе не из-за интереса к культуре древних майя. А я,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Джордж, высокий мужчина, в красных ковбойских ботинках, в надвинутой на лоб бейсбольной кепочке, на которой красовалась эмблема «Одна Земля», дополнил информацию о себе: он разведен и работает поверенным по делам о наследствах в Висконсине. Он был довольно упитанный, двумя дюймами ниже Элисон, с глазами коккер-спаниэля, — такими же добрыми и доверчивыми. Длинная прядь его прямых черных волос была аккуратно зачесана поверх лысого черепа. Он чувствовал себя раскованно в своей нейлоновой зелено-желтой ветровке, футболке цвета хаки с эмблемой «Одна Земля» и серых джинсах.

Он одобрительно присвистнул и на его лице разлилась широкая улыбка.

— Бродить по джунглям в обществе двух столь очаровательных дам… Что может быть прекраснее! В ближайшие две недели вы, во всяком случае, будете находиться в надежных руках, — и он заключил в свои объятия Вуди, но взгляд его при этом был прикован к Элисон.

В ответ Элисон послала Джорджу ослепительную профессиональную улыбку, припомнив давно забытую науку, как надо вести себя в подобных случаях с мужчинами типа мистера Эдли. Тринадцать лет работы фотомоделью, в том числе во Франции и Италии, научили ее разбираться с первого взгляда в мужчинах, которые не различают ни природных душевных качеств, ни интеллектуальных способностей красивой женщины, — да и не ищут их в ней! Элисон почувствовала с облегчением, что вела себя в этой ситуации безупречно, она выдержала первое неожиданное испытание — внимание, проявленное к ней со стороны мужчины. Элисон повернулась к Вуди:

— Вам купить что-нибудь в киоске? Мне захотелось сладкого.

— Я тоже кое-чего хочу, — вздохнул Джордж, — но это не продают в киосках.

Женщины оставили его, направившись в зал ожидания.

— В конце концов, — заметила Вуди сухо, — экспедиции выбивают дурь из типов и похлеще этого Эдли.

Вуди жила в штате Мэн и ее трудно было чем-нибудь удивить.

Стоя за Вуди в очереди к киоску, Элисон осторожно извлекла из потайного отделения кошелька обручальное кольцо, принадлежавшее когда-то ее матери, и надела на палец. Когда женщины вернулись в холл, Джордж сразу же заметил золотое колечко и принял эту новую информацию к сведению.

В самолете она прежде всего устроила свою поклажу в багажнике над сиденьями, а затем затолкала рюкзак под переднее кресло. Светящаяся табличка «Не курить» напоминала, что рейс длительный, международный и что именно поэтому неизбежно очень скоро в салоне распространится неприятный табачный запах. Наконец, она села и устроилась поудобнее в облюбованное ею кресло у прохода рядом с отсеком стюарда и кабиной экипажа.

Бессознательно отмечая все звуки и подрагивания корпуса самолета — в багажном отделении шла погрузка — Элисон сосредоточилась на своем внутреннем состоянии.