ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Линетт по настоянию отца, финансового магната отправляется в кругосветное путешествие. Ее задача научиться вести себя в высшем обществе. Но в компании гламурных девиц и лощеных прожигателей жизни Лине... Райская птичка Маргарет Роум Глава 1 Коктейль-бар главного отеля Папеэта был заполнен нарядной щебечущей толпой. Здесь собрались в основном люди молодые, но попадались и элегантные мужчины и женщины пожилого возраста. Было время аперитива на управляемом Францией Таити, самом беззаботном острове во всем Тихом океане. Папеэт, его столица, недаром слыл центром веселья и развлечений. Яркий декор помещения бледнел перед блеском платьев, героически соперничавших одно с другим. Алые лепестки гибискуса терялись на фоне желтых лимонов, зеленая листва доблестно сражалась с густым океанским аквамарином, небесная голубизна терпела неудачу в попытке победить кислую остроту лайма. Пестрые длиннохвостые попугаи пронзительно кричали, их резкие, неприятные голоса терзали уши и казались неуместными здесь, как и сами птицы, лишними в этом море красок. Поэтому не было ничего удивительного в том, что, когда официант почтительно проводил двух новых посетителей к свободному столику, все взгляды с облегчением обратились в их сторону, чтобы немного отдохнуть на бледно-лиловом шифоне царственной пожилой леди, сопровождаемой высоким молодым человеком. Наступило минутное молчание, и в эту недолгую тишину как раз и упали слова Линетт Саутерн. Впоследствии она готова была отдать все свое годовое содержание, лишь бы забрать их назад, но в тот момент они выскочили, и ей пришлось закончить речь хотя бы для того, чтобы сохранить лицо. — Естественно, я голосую за брак с испытательным сроком! Если кто-то купил одежду и она ему не понравилась, можно вернуть ее назад. Почему же тогда наше современное общество терпит столь старомодную систему, заставляющую двух людей связывать себя браком на долгие годы то

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Линетт подняла голову, Луис наклонился к ней и тихим голосом, в котором внезапно проявился легкий французский акцент — неужели от волнения? — спросил:

— Ты пришла в себя?

Она робко кивнула и прошептала:

— Да, спасибо. Я сожалею, что так глупо вела себя. Что думают обо мне Вивьен и графиня, не говоря уже о миссис Реддиш? Они, наверное, считают меня сумасшедшей!

— Не беспокойся. Уверен, они все понимают.

— Но как они могут понять?! — воскликнула девушка. — Для них мясо голубки — деликатес! А ты? — Она умоляюще взглянула на Луиса. — Ты действительно понимаешь мои чувства? Или только притворяешься?

Луис вздохнул:

— Как это типично для англичан: быть равнодушными, даже бессердечными к людям и вместе с тем излишне чувствительными к страданиям животных. Я не могу сказать, что вполне понимаю вас, англичан, но мне совершенно ясно одно: ты была вполне искренна в своем отвращении при виде того, что для нас является привычной едой. Но ты бы не отказалась от жареного цыпленка или фазана, верно? Разве кудрявый ягненок менее прелестен, чем воркующая голубка?

Она молчала, тогда Луис решительно приподнял ее голову за подбородок:

— Ну же, Линетт, ответь мне?

— О, Луис! — Она вновь спрятала лицо на его плече. — Ты смеешься надо мной!

Маркиз уже не мог сдерживаться и громко расхохотался. Его веселье было таким заразительным, что Линетт тоже засмеялась. Когда они немного успокоились, Луис торжественно заявил:

— Я очень рад, что ты не лишена еще одной знаменитой черты англичан — чувства юмора. Я думал, что глубоко оскорбил тебя, но ты все же нашла забавную сторону в происшествии! — Он проницательно взглянул на девушку. — Знаешь, маленькая птичка, ты меня очень заинтриговала. Ни одна женщина еще не осмеливалась так вести себя со мной. Ты пробуждаешь желание и даешь отпор, озадачиваешь, смешишь и даже оскорбляешь меня, и все это в течение нескольких часов. У меня сердце то сжимается от жалости, то начинает петь от радости. Кто научил тебя этим уловкам? Ты родилась искусительницей или долго над этим работала?

Линетт отпрянула от него и запинаясь ответила:

— Н-но я вовсе не такая… не такая сложная личность… Я никогда не пыталась никого обманывать! — И, когда Луис недоверчиво засмеялся, выкрикнула: — Ты говоришь обо мне так, будто я — изысканное шампанское, а на самом деле я так же проста, как… как… стакан воды!

Смех его замер, черные брови внезапно сошлись на переносице. И маркиз медленно произнес, словно только что это осознал:

— Но мужчина может прожить без шампанского. А без воды — нет…

Вивьен, слышавшая смех брата, неуверенно вышла на террасу.