ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эта повесть о работе советских контрразведчиков, о борьбе с умным, сильным и опытным противником. События, начавшиеся в годы войны, развертываются в наше время, обостряются весной 1968 года, перепл... Вне игры Алексей Николаевич Зубов ТЕЛЕГРАММА В полночь Бутову позвонил дежурный по управлению. — Прошу прощения за поздний звонок, Виктор Павлович. Только что передали от Михеева, что ее наконец нашли… В больнице… Попала в аварию… Врачи говорят, что опасности для жизни нет, даже операции не потребуется, но побеседовать не удалось: медицина возражает. Бутов поблагодарил дежурного, сказал, что в комитет приедет пораньше, и попросил поддерживать связь с больницей и областным управлением. Итак, она никуда не сбежала. И что за авария? И авария ли? А таинственные игрушки? Бутов долго ворочался с боку на бок, пока не уснул. Но спать не пришлось. Рано утром снова позвонил дежурный. Михеев сообщил некоторые подробности, выявил ряд настораживающих обстоятельств, о которых доложит лично. — Какие будут указания, товарищ полковник? — Передайте Михееву, что я часа через полтора буду в комитете и жду подробного доклада. И еще одна просьба. Кто из оперативных сотрудников сейчас дежурит? Покровский? Отлично. Он в курсе дела. Познакомьте его с последними сообщениями Михеева. Бутов принял душ, наспех позавтракал и вышел на улицу, тихую, влажную и еще немноголюдную в этот ранний час. Тучи рассеялись, только розовели редкие облака, и после недавнего дождя воздух был свеж и терпок. Виктор Павлович любил природу. Особенно весной, в пору пробуждения всего живого. Какое это блаженство — ранним утром на даче, еще до восхода солнца пойти на речку: где-то засвистел скворец, зачирикали воробьи, потом прилетела зеленовато-желтая иволга… Увы, все его планы на первомайские дни рухнули. Что поделаешь — пустяковое, казалось бы, дело приняло серьезный оборот. …В канун Первомая, когда Бутов уже собирался у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хотя в ту пору Захар Романович уже не пылал нежной отцовской любовью и в общем-то его не очень опечалили итоги конкурсных экзаменов, он, тем не менее, собрался ринуться в бой. И вдруг — неожиданный противник. Сама Ирина… «Нет, так поступать в университет я не хочу». Отчим растерялся.

— Ты с ума спятила. Ведь Иван Иванович обещает помочь…

Ирина стояла на своем. Тогда Захар Романович стал уговаривать ее пойти в медицинский.

— Я тебя туда запросто устрою.

Но она была девушкой целеустремленной, диплом не был для нее самоцелью: биофак она выбрала еще в девятом классе.

Ирина отказалась от всех предложений отчима и сказала, что уедет на год к тете Маше, будет там работать, а потом снова станет пытать счастье. И не обязательно в Москве. Может быть, там, в тетиных краях. Захар Романович в принципе не возражал, но категорически отверг вариант переезда на постоянное жительство к тетке. Трудно сказать — был ли то голос человека, для которого Ирина, невзирая на возникшее отчуждение, действительно оставалась близким существом, занявшим большое место в его жизни: уйдет она, и появится пустота, и ему будет трудно. Но возможно, что возвышенные эмоции прикрывали соображения сугубо практического порядка: судьба отдельной трехкомнатной квартиры, в которой он оставался вдвоем с Ириной. Однако, как бы там ни было, Захар Романович настоял на своем.

Уже на втором курсе биофака Ирина повстречала человека, вызвавшего в ней то самое, не объясненное ни поэтами, ни учеными чувство, которое заволакивает разум и заставляет сердце колотиться быстрее обычного. Борис — он был намного старше ее — уже окончил воронежский институт и проездом к месту работы (на Севере шло строительство большого химкомбината) остановился на несколько дней у дальних родственников, в доме Ирининой подруги.

Ирина влюбилась молниеносно, а господь-бог наделил ее такой поразительной непосредственностью, что она сама поведала Борису о своих чувствах. Молодой инженер был поначалу сдержан, но вскоре воспылал «страстью нежной».

Захар Романович, узнав о намерении Ирины выйти замуж, всполошился. Он пытался доказать, что увлечение быстро пройдет. К тому же сумеет ли она быть и женой и студенткой? В союзники была привлечена тетя Маша. От нее пришло письмо, полное тревог и увещеваний. Но Ирина настояла на своем, и в ресторане «Прага» была сыграна свадьба. А через три месяца они разошлись. Случайно в руки Ирины попало недописанное письмо. Оказалось, что на Севере Бориса ждет невеста — она получила диплом инженера на год раньше. И еще выяснилось — за «страстью нежной» скрывалась тривиальная комбинация расчетливого себялюбца: прописка в Москве, квартира, денежный папа, «да и девчонка собой недурна, умна, остра, хоть и напичкана всякими романтическими иллюзиями».