Я не прочь погибнуть в бою, но у меня нет никакого желания закончить свои дни, болтаясь на виселице на деревенской площади, в то время как местный мясник будет потрошить мои внутренности, выставляя их на всеобщее обозрение.
Сицилиец закусил свою покрытую пушком губу.
— Ты прав только в одном, — сказал Валлон. — Ты действительно слишком нежен для такого предприятия. Я позволю тебе доехать со мной до Аосты. Отвези письмо, касающееся выкупа, монахам-бенедиктинцам. За несколько монет серебром они, передавая послание из аббатства в аббатство, доставят его в Нормандию намного быстрее, чем это сделал бы ты лично.
Обернувшись, сицилиец бросил взгляд на перевал.
— Мой господин говорил, что неоконченное путешествие подобно истории, рассказанной только до середины.
— Не говори глупостей. Путешествие — это утомительный переход из одного места в другое.
В глазах парня блеснули слезы.
— Нет, я должен продолжить свой путь.
Валлон тяжело вздохнул.
— Это будет платой за мой совет, — поучающее произнес франк, подняв палец с перстнем, который он так и не смог снять. — Продай своего красавчика пони и купи клячу похуже. Обменяй свой наряд на скромную одежду паломника. Обрей голову, возьми в руки посох и бормочи под нос молитвы. Прибейся к охраняемой группе, ночуй только в монастырских богадельнях. Не болтай о выкупе, не разбрасывайся деньгами и не показывай всем свои бесовские приборы.
Франк хлестнул мула поводьями.
— Больше мне нечего сказать тебе.
Он счел, что на этом разговор исчерпан, как вдруг сицилиец мрачно изрек:
— Феод графа не в Нормандии. Он воевал вместе с герцогом Вильгельмом во время английской кампании. Его поместье находится в Англии, далеко на севере.
Валлон рассмеялся.
— И я знаю, что сам туда не дойду, — добавил сицилиец.
— В этом у нас нет разногласий.
— Вот почему я так ободрился, когда Косьма уверил меня, что вы будете моим проводником и защитником.
Франка охватило смятение.
— Испуская дух, он сказал, что вам предначертано судьбой продолжить этот путь.
— Предначертано судьбой? Да он тронулся рассудком! — Валлон сдернул с себя накидку. — Мне не нужны вещи мертвеца. — Он сделал еще одну тщетную попытку снять кольцо. — Не говори ни слова! И больше не смей следовать за мной. А если ты ослушаешься…
Он хлопнул мула по шее и ударил пятками в бока. Мул не двинулся с места, животное стояло на месте и, прижав уши, вращало глазами. Валлон стал колотить его ногами по ребрам. Мул встал на дыбы. Через мгновение — ровно столько потребовалось Валлону, чтобы взять себя в руки, — он услышал приглушенный треск. С ближайшей вершины к западу от них рухнула нависшая снежная глыба и, рассыпаясь на части, нарастая и ускоряясь, понеслась вниз по склону, устремляясь в лощину.






