ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Впервые по-русски!Женский взгляд на заманчивый мир телезвезд без яркой подарочной обертки, в которой его преподносят с голубого экрана.Кто-то одержим славой, кто-то — местью, кто-то — эротоманией,... Одержимость Джоанна Элм Благодарность Создание романа требует предельной самоотдачи и напряжения душевных сил не только от самого писателя, но и от близких ему людей. Я в вечном неоплатном долгу перед моим мужем Джо и сыном Дэнни. Без их безграничного терпения, понимания и поддержки мне никогда бы не удалось завершить начатое. Особую благодарность хочу выразить моей подруге и издателю Камилле Клайн, чья позитивная аура и внимание к мелочам были для меня неоценимы, а также — другу и агенту Роберту Дифорио, деликатно направлявшего работу над романом в нужное русло и неизменно оказывавшего мне ненавязчивую, но всегда такую необходимую помощь. Огромное спасибо сержанту Марку Кинэну за потраченное на меня время: его профессиональные советы очень помогли мне, как и консультации Митчелла Уодженберга по техническим вопросам видеосъемки. Если все же в книге и остались какие-то неточности, то это целиком на моей совести. Не могу не высказать здесь слова любви и горячей признательности моей матери Алише Эйве и отчиму Збышеку Загая за их вдохновляющую поддержку. Искренне благодарю верных подруг Джуди Каликсто Голдмен за ее искрометный юмор и Мэри Эллен Берк и Пэм Талли за помощь по хозяйству. Хочу также выразить свою любовь и благодарность совершенно потрясающим родственникам мужа — Мэри и Рэю Бауэр, Джону и Мэри Элм, Джиму и Джоан Элм — за их энтузиазм в отношении романа и за их согласие дать главной героине «Одержимости» имя матери моего мужа, которой я, к несчастью, не знала, о чем очень сожалею. Вечные признательность и любовь Мэриэну Генри Патыне — лучшему отцу в мире. Как и все в кухне Дженнифер, ножи были верхом совершенства. Дамочка явно имела слабость к дорогим вещам. Автома

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но все ее попытки сделать это без таблеток заканчивались лишь новой волной депрессии.

«Хватит психовать, черт тебя подери! — мысленно приказала она себе. — Надо принять таблетки, а потом выпить стаканчик вина. Хуже, чем сейчас, все равно не будет, если, конечно, не уволят с работы».

Молли припарковалась позади джипа и вышла из машины. Мысль о стакане вина с каждым шагом прибавляла ей оптимизма. Она птицей взлетела по ступенькам к двери и… остановилась как вкопанная — в ноздри ударил резкий запах свежей краски.

Неделю назад Молли снова увидела ту женщину. На этот раз она заставила себя наблюдать за незнакомкой немного дольше. В конце концов, нельзя же прожить жизнь, шарахаясь, как от чумы, от всех детей. Вглядываясь в темноту, она, не спеша задернуть шторы, пыталась рассмотреть счастливую мать, как вдруг ребенок соскользнул с качелей и упал на землю.

Охваченная ужасом, Молли прямо в ночной рубашке выбежала на улицу, ожидая услышать крики и плач. Но вокруг было на удивление тихо, и тут она поняла, что в парке никого нет — ни женщины, ни ребенка.

Озноб, который сковал ее в тот момент, не имел ничего общего с прохладой летнего вечера. Молли долго колотило, как в лихорадке, — она не могла согреться даже в теплой постели.

Утром Молли решила, что все это ей просто привиделось, и когда через несколько дней — не важно уже, с какой целью — позвонил Сэм, она рассказала ему об инциденте. Пэккер объяснил видение тем, что Молли слишком рано прекратила принимать прописанные врачом таблетки.

— Пойми, — говорил он, — врач выписал тебе лекарство не просто так. Твоему мозгу нужен отдых, чтобы ты могла прийти в себя.

— Но это был не сон, Сэм, — возразила Молли. — Я хорошо разглядела женщину и видела, как ребенок упал с качелей.

— Так поздно вечером? — усомнился Пэккер. — Но это же полная бессмыслица, Молли. Кто гуляет с грудным ребенком на ночь глядя?

Она, и правда, не подумала об этой странности и, осознав, что потеряла способность трезво мыслить, перестала препираться с Сэмом.

— Хочешь, чтобы я приехал? — нарушил Пэккер затянувшееся молчание.

— Нет, справлюсь сама. Ты прав. Скорее всего, я просто грезила наяву или что-то вроде того. Может, видела саму себя, гуляющей с ребенком, который упал с качелей… — Она запнулась и откашлялась. — Наверное, Фрейд объяснил бы это лучше.

— Принимай лекарство, Молли, и быстро пойдешь на поправку.

Таблетки действительно помогали. Молли посмотрела на свое отражение в зеркале и заставила себя улыбнуться. Да и запах краски как будто стал слабее.

Глубоко вздохнув, она открыла дверь ванной и направилась в спальню. Сбросив жакет, рывком распахнула дверцу шкафа, протянула руку, чтобы взять плечики… и натолкнулась на что-то твердое.