ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Впервые по-русски!Женский взгляд на заманчивый мир телезвезд без яркой подарочной обертки, в которой его преподносят с голубого экрана.Кто-то одержим славой, кто-то — местью, кто-то — эротоманией,... Одержимость Джоанна Элм Благодарность Создание романа требует предельной самоотдачи и напряжения душевных сил не только от самого писателя, но и от близких ему людей. Я в вечном неоплатном долгу перед моим мужем Джо и сыном Дэнни. Без их безграничного терпения, понимания и поддержки мне никогда бы не удалось завершить начатое. Особую благодарность хочу выразить моей подруге и издателю Камилле Клайн, чья позитивная аура и внимание к мелочам были для меня неоценимы, а также — другу и агенту Роберту Дифорио, деликатно направлявшего работу над романом в нужное русло и неизменно оказывавшего мне ненавязчивую, но всегда такую необходимую помощь. Огромное спасибо сержанту Марку Кинэну за потраченное на меня время: его профессиональные советы очень помогли мне, как и консультации Митчелла Уодженберга по техническим вопросам видеосъемки. Если все же в книге и остались какие-то неточности, то это целиком на моей совести. Не могу не высказать здесь слова любви и горячей признательности моей матери Алише Эйве и отчиму Збышеку Загая за их вдохновляющую поддержку. Искренне благодарю верных подруг Джуди Каликсто Голдмен за ее искрометный юмор и Мэри Эллен Берк и Пэм Талли за помощь по хозяйству. Хочу также выразить свою любовь и благодарность совершенно потрясающим родственникам мужа — Мэри и Рэю Бауэр, Джону и Мэри Элм, Джиму и Джоан Элм — за их энтузиазм в отношении романа и за их согласие дать главной героине «Одержимости» имя матери моего мужа, которой я, к несчастью, не знала, о чем очень сожалею. Вечные признательность и любовь Мэриэну Генри Патыне — лучшему отцу в мире. Как и все в кухне Дженнифер, ножи были верхом совершенства. Дамочка явно имела слабость к дорогим вещам. Автома

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Только спустя несколько мгновений Молли сумела понять,

что это —

гротескная мужская фигура в черном капюшоне. Призрак смерти… Она отпрянула назад, крик застрял у нее в горле. Фигура двинулась вслед за ней. И тут до Молли дошло, что это не призрак смерти и не галлюцинация, а вполне реальный, из плоти и крови мужчина, прятавшийся в шкафу. Теперь он наступал на нее, сжимая в руке нож.

— Не вздумай кричать, или тебе конец! — Непрошеный гость поднес нож к лицу Молли и сделал шаг назад. — Я не трону тебя, если ты будешь меня слушаться.

Молли кивнула, выражая покорность его воле. Голова ее непроизвольно дергалась вверх-вниз, сердце было готово выскочить из груди, в мыслях царил полный хаос.

— Теперь подойди к кровати и ляг! — скомандовал незнакомец.

Ноги Молли отказывались повиноваться, она словно приросла к полу.

— Я сказал «ложись»! — угрожающе повторил мужчина в маске.

Перед глазами вновь мелькнуло лезвие, и Молли обреченно попятилась, выйдя из транса, только когда больно ударилась икрами о деревянный каркас кровати.

«Он меня изнасилует, а потом убьет…» И тут же новая мысль: «Дай бог, чтобы Сэм не стал винить во всем себя…» Она расплакалась.

— Эй, только без этих дамских штучек! От плача твое лицо станет некрасивым, и ты все испортишь. — Молли почудилось, что голос незнакомца смягчился. — Я не горю желанием делать тебе больно, так что давай обойдемся без представлений, ладно? Расслабься, устройся на кровати поудобнее… Теперь снимай одежду.

— Что?

— Я сказал «снимай одежду»! — Мужчина шагнул к Молли, снова подняв нож. — Ты же не хочешь, чтобы я им воспользовался, правда?

Молли судорожно ухватилась за свитер и рывком сдернула его с себя через голову, после чего замерла в нерешительности, устремив вопрошающий взгляд на человека в маске.

— Продолжай, продолжай, — поторопил ее скрежещущий шепот.

Она послушно стала стягивать брюки, одновременно анализируя речь незнакомца, которая явно свидетельствовала о его образованности. Может, он не будет слишком жесток, и она сумеет пройти через это.

Молли ногой отбросила в сторону упавшие на пол брюки и потянулась к застежке лифчика.

— Погоди, не все сразу. Залезай на кровать. Встань на колени и смотри на меня. Да-да, именно так, правильно, а теперь замри, пока я подготовлюсь.

Опершись на локти, Молли размышляла, все ли жертвы насилия чувствуют себя так же, как она. Ее не покидало ощущение раздвоения личности, наступившего, когда прошло первоначальное потрясение. Она поймала себя на том, что как бы со стороны, с совершенно неуместным в такой момент любопытством наблюдает, как незнакомец извлекает из ее шкафа большую черную сумку.

Сумка, похоже, была кожаной и довольно дорогой. Как и видеокамера, которую он достал из сумки.