ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Впервые по-русски!Женский взгляд на заманчивый мир телезвезд без яркой подарочной обертки, в которой его преподносят с голубого экрана.Кто-то одержим славой, кто-то — местью, кто-то — эротоманией,... Одержимость Джоанна Элм Благодарность Создание романа требует предельной самоотдачи и напряжения душевных сил не только от самого писателя, но и от близких ему людей. Я в вечном неоплатном долгу перед моим мужем Джо и сыном Дэнни. Без их безграничного терпения, понимания и поддержки мне никогда бы не удалось завершить начатое. Особую благодарность хочу выразить моей подруге и издателю Камилле Клайн, чья позитивная аура и внимание к мелочам были для меня неоценимы, а также — другу и агенту Роберту Дифорио, деликатно направлявшего работу над романом в нужное русло и неизменно оказывавшего мне ненавязчивую, но всегда такую необходимую помощь. Огромное спасибо сержанту Марку Кинэну за потраченное на меня время: его профессиональные советы очень помогли мне, как и консультации Митчелла Уодженберга по техническим вопросам видеосъемки. Если все же в книге и остались какие-то неточности, то это целиком на моей совести. Не могу не высказать здесь слова любви и горячей признательности моей матери Алише Эйве и отчиму Збышеку Загая за их вдохновляющую поддержку. Искренне благодарю верных подруг Джуди Каликсто Голдмен за ее искрометный юмор и Мэри Эллен Берк и Пэм Талли за помощь по хозяйству. Хочу также выразить свою любовь и благодарность совершенно потрясающим родственникам мужа — Мэри и Рэю Бауэр, Джону и Мэри Элм, Джиму и Джоан Элм — за их энтузиазм в отношении романа и за их согласие дать главной героине «Одержимости» имя матери моего мужа, которой я, к несчастью, не знала, о чем очень сожалею. Вечные признательность и любовь Мэриэну Генри Патыне — лучшему отцу в мире. Как и все в кухне Дженнифер, ножи были верхом совершенства. Дамочка явно имела слабость к дорогим вещам. Автома

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А то ты слишком зажата. Ну же! Так… Немного подтяни колени… Уже лучше. Теперь подними подбородок…

Острием ножа он расправил складки на комбинации и отступил на несколько шагов, чтобы полюбоваться на свое творение. Затем, не говоря ни слова, вновь подошел к кровати и склонился над сумкой. Выпрямившись, он посмотрел в глаза телеведущей, наслаждаясь отразившейся в них немой болью. Над верхней губой Дженнифер заблестели бисеринки пота, когда она увидела, что именно незваный гость извлек из сумки.

— Ну же, Дженнифер… — Его голос звучал почти нежно. — Тебе это понравится. Я знаю, что понравится.

Подойдя вплотную, он дотронулся лезвием ножа до ее бедер. Она даже не среагировала на прикосновение холодной стали. Казалось, Дженнифер вообще забыла о ноже. Словно в гипнотическом трансе смотрела она на предмет, который он держал в правой руке. Губы ее шевельнулись.

— О нет, нет… Только не это. Пожалуйста, только не это… — повторяла она снова и снова.

Куда это они так торопятся?

Кейт колебалась недолго — ноги сами понесли ее к переулку, в который свернули патрульные машины. Длинная подъездная дорожка, обрамленная стройными, высокими пирамидальными тополями, вела к роскошному особняку, в интерьере которого преобладали стекло и дерево. Сразу было понятно, что он принадлежит какой-то местной знаменитости.

Фотографию этого дома Кейт видела в «Филадельфия мэгэзин» вскоре после того, как ведущая Седьмого канала Дженнифер Рид переехала в престижный пригород. А еще через несколько недель — в «Мэйн-Лайн лайф»: на этот раз на снимке была запечатлена сама Дженнифер, исполняющая акробатический этюд на лужайке перед домом.

Кейт нисколько не удивилась, прочтя в светской хронике одной из газет, что Дженнифер Рид не приняли в местный элитный клуб. Жители фешенебельного Мэйн-Лайна были среди тех немногих, на кого блистательная карьера Дженнифер не произвела никакого впечатления.

Если не считать одиноко стоявшей перед воротами патрульной машины, вокруг дома царил безмятежный покой. Скорее всего, вызов полиции — просто следствие какого-то недоразумения.

Кейт поежилась от пронизывающего насквозь порыва холодного утреннего ветра и медленной трусцой побежала по главной дороге, решив обогнуть Олд-Форд-Лейн, — минут через двадцать она снова окажется здесь и убедится, что тревога была ложной.

«Когда ты наконец угомонишься, Кейт? Пора уже и повзрослеть». Кейт Маккаскер принялась ругать себя почем зря за свою рефлекторную реакцию на полицейские мигалки, хотя и понимала, что это ничего не изменит. Адвокаты всегда будут гоняться за машинами «скорой», а газетные репортеры — за патрульными. От дурной привычки не так-то просто избавиться.