ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роковые страсти не канули в Лету, — доказывает нам своим романом создатель знаменитой «Соседки».В тихом предместье Гренобля живет молодая семья. В пустующий по соседству особняк вселяется супружеск... Этьен Годар Соседка ПРОЛОГ Я попала сюда почти случайно. Так оно часто бывает — хочешь одного, делаешь другое, а получается вообще что-то третье. Женская логика. Когда занимаешься промышленным дизайном, не жди, что дорога твоя будет устлана розами. Конкуренция, происки недоброжелателей, просто элементарное невезение — и вот ты уже с нервным срывом и в глубочайшей депрессии стоишь на мосту Александра III, смотришь на черную, всю в каких-то мерзких разводах воду Сены и раздумываешь, броситься ли сразу или протянуть еще годик-другой, медленно спиваясь, старея и дурнея. Вот в таком состоянии и застал меня однажды мой старинный приятель и компаньон Макс Дюпрэ после того в высшей степени знаменательного дня, когда тщательно разработанный, вместивший океан надежд и столько же амбиций проект, над которым я, не покладая рук, работала всю весну, с грохотом развалился. Представитель южноамериканской фирмы, сделавшей заказ, исчез в неизвестном направлении, а я осталась с огромной папкой чертежей, неоплаченными счетами за электричество и разбитыми иллюзиями. К счастью, топиться в Сене стало немодно, и пока я раздумывала — наплевать на общественное мнение или все-таки избрать другой способ — Макс как раз и успел меня остановить. — Куда ты? — воскликнул он, хватая меня за рукав и одновременно уворачиваясь от серого фургона продавца подержанной мебели. — Отстань! Мне до смерти надоели сладкоголосые латиносы с манией величия, кошки моей соседки по этажу и идиоты вроде тебя, вообразившие, что могут запросто командовать выпускницей Художественной Академии. Кроме того, видеть больше не могу ни одного инженера, банковского клерка или продавщицу из супермаркета. Мне надоел Париж, мои туфли и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сразу поднялся ужасный переполох. Из окон доносились вопли до смерти напуганных женщин.

Под утро прибыла полиция и машина скорой помощи. Застывшая от изумления и страха толпа стояла на улице. Полиция вошла в дом с двумя свидетелями.

Медицинская экспертиза заключила: на полу лежали полуобнаженные тела мужчины и женщины. Мужчина лежал на ее груди. Кровь уже запеклась вокруг отверстия от револьверной пули над его ухом.

В голове женщины было такое же отверстие. Оружие осталось у нее в руке. Она лежала на спине, ноги широко раскинуты, платье разорвано. Голова повернута в сторону окна, выходящего в сад. Смерть наступила мгновенно в пять часов тридцать минут.

Тревожные сигналы сирены скорой помощи прервали работу полицейских. Еще одна машина подъехала к дому, где произошло убийство.

Полуобнаженные тела, уже успевшие остыть, положили на носилки, накрыв белой простыней.

Стояло хмурое осеннее утро. Легкая изморозь и туман покрывали голые ветки деревьев.

Санитары вынесли носилки из дома и погрузили в машину. Для них это было привычное дело, которым они занимались изо дня в день.

Тревожный шепот и истеричные охи слабонервных дам пронеслись в толпе.

Машина тронулась и вскоре скрылась из виду, только громкие звуки ее сирены еще долго оставались слышны.

Полиция, сделав необходимые записи и снимки, тоже покинула дом.

Потихоньку стала расходиться толпа, по дороге обсуждая «невероятный кошмар», произошедший по соседству.

* * *

Что ж. Матильда поставила в их страстной и печальной истории неожиданную, а может быть, и истинно достойную себя и Бернара, кровавую точку. То, что вполне могло пройти, как обычная интрижка, каких тысячи, превратилось в трагедию, потрясающую воображение и способную вдохновить гениального драматурга.

Во всяком случае, они еще раз доказали известную, в общем, истину — страсти, бушующие в груди мужчины и женщины, одинаково сильны и разрушительны, независимо от того, царственные ли это особы или же простые смертные. Дух человеческий способен быть великим в любой оболочке.

На жителей городка столь неординарное событие и вправду произвело неизгладимое впечатление. Вспоминали об этом долго, и через две недели все еще приезжали любопытные со всей округи, чтобы взглянуть на дом, где случилось такое происшествие. Что до других действующих лиц этой истории, то лучше всего оставить их на тех же местах и в тех же положениях, в которых застали их роковые выстрелы.

Дальнейшую судьбу этих людей автор счел за благо покрыть мраком неизвестности.