К седьмому году Борис Семенович Репетилов уже твердо решил взять в лизинг «Боинг-757» и открыть два новых рейса. Подписание контракта сулило огромные возможности. Они вложили в эту операцию все свободные деньги и вместо лизинга решили купить самолет.
Все закончилось через несколько месяцев. В две тысячи восьмом году разразился экономический кризис. Словно в подтверждение поговорки, что беда не приходит одна, сначала разбился «Як», у которого просто отказали моторы. Летчику удалось посадить самолет, но при этом погибли четырнадцать человек. Затем при посадке в аэропорту разбился купленный «Боинг», на которые возлагались такие большие надежды.
Комиссия Международного авиационного комитета тогда пришла к выводу, что виновником случившегося был экипаж самолета, который не сумел правильно сориентироваться при плохой видимости и почти штормовой погоде. Капитана судна сделали крайним, хотя разрешение на посадку дали диспетчеры аэропорта. На шесть лет посадили и руководителя полетов, отвечавшего в их компании за техническое состояние машин и настаивавшего на вылете самолета, несмотря на технические проблемы, которые имелись у лайнера, и плохую погоду. Его переговоры с летчиками были зафиксированы черными ящиками и расшифрованы специалистами. Разумеется, никто не мог услышать, как Борис Семенович, звонивший по мобильному телефону, настаивал на вылете «Боинга».
Репетилов прибыл на место аварии. Он знал, что никогда не забудет это ужасное зрелище. Больше ста пятидесяти погибших, среди которых было одиннадцать детей. Самолет практически сгорел, как и амбиции самого Репетилова.
Начавшийся экономический кризис не позволил взять деньги в банке, и компания оказалась на грани краха. Потом выяснилось, что среди погибших было больше сорока иностранцев. Их родственники подали иски в суды. В результате компания Репетилова должна была выплатить еще около восьмидесяти миллионов. Адвокаты иностранцев легко доказали, что самолет не был готов к полету. Самого Репетилова никто не обвинял, но удар по финансовому благополучию компании оказался разорительным.
Малхаз к этому времени уже имел два своих ресторана в Москве, которые страховали его от разорения. Владик Усольцев остался директором разорившегося «Новотеха», оборот которого упал в двадцать с лишним раз.
К концу восьмого года из пятисот семидесяти миллионов долларов, которыми владел Репетилов только восемнадцать месяцев назад, у него осталась лишь десятая часть, вложенная в недвижимость. Именно тогда он принял решение вернуться в правительство, куда его неоднократно приглашали. Новый министр транспорта, с которым Борис давно был знаком, предложил ему должность своего заместителя. Репетилов сразу дал согласие.






