ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Исторический роман известного американского писателя Тейлора Колдуэлла рассказывает о юности основателя и великого хана Монгольской империи Чингисхана (ок. 1155–1227). Монгол Тейлор Колдуэлл ЧАСТЬ ПЕРВАЯ Глава 1 Оэлун послала старую служанку Ясай в юрту своего сводного брата-калеки Кюрелена. Старуха вытерла руки о грязный передник — они были в крови. Ярко-розовый закат озарял все вокруг. Проходя между юртами, старуха подняла тучи пыли, светящейся золотом. Пыль не отставала от старухи ни на шаг. Кюрелен, как всегда, ел и сладострастно причмокивал губами, отпивая кумыс из серебряной чаши. После каждого глотка Кюрелен любовался чудесным рисунком на чаше, украденной у странствующего китайского торговца. Время от времени он кривым грязным пальцем нежно касался изысканного рисунка, и его темное худое лицо светилось радостью. Ясай поднялась на настил юрты Кюрелена. Рядом с юртой привязаны быки, в пустых коричневых глазах которых отражался яростный заход солнца. Старуха помедлила у открытого полога юрты и взглянула на Кюрелена. Люди ненавидели Кюрелена, потому что он над всеми насмехался, но еще больше его боялись — он ненавидел все человечество. Калека издевался над всеми, ни к чему его душа не лежала. Он был жаден и отличался неуемным аппетитом. Ясай пристально взглянула на Кюрелена и нахмурилась. Рабыня и караитка не уважала брата жены вождя. Ведь даже подпаски знали об одной истории, а всем известно, что пастухи так же тупы, как и животные, которых они выгоняют на пастбище. Есугей, [1] Якка монгол, украл Оэлун в день свадьбы у ее мужа, принадлежащего к другому племени. Через несколько дней в орду Есугея пожаловал братец Оэлун, чтобы молить о возвращении сестры. Кюрелен и его сестра Оэлун принадлежали к племени меркитов. Племя жило в лесах, было хитрым и процветало в торговле. Кюрелен, умный и многословный, мог бы добиться успеха в переговорах, а если он погибнет, в племен

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За три года его орды покорили города и долины западных тюрков, земли и пастбища и реки тайджутов, найменов, уйгур и меркитов. Воины Темуджина разъезжали вдоль извивающейся Великой стены и предгорий на севере. Они ударили, как карающие тараны, в стены древних городов — Хотен и Бишбалик. Воины неслись, как смерч, и позади оставались попавшие в рабство к Темуджину люди. Штандарты Темуджина осеняли дворцы султанов и принцев, храмы, мечети и церкви.

О сверкающих зеленых глазах, рыжей гриве и улыбке Темуджина люди рассказывали легенды, они воспевали его щедрость, смелость и непобедимый дух. Темуджин был хитер и изворотлив, как змея, и он превращал принцев и священников в своих вассалов и друзей, а потом жестко спрашивал за каждую ошибку или невыполнение его приказа.

Он понимал, как действуют на людей страх и предрассудки. Он пытался завоевать верность с помощью обещаний, которые всегда выполнял. Он не знал жалости к тем, кто его подводил, преследовал тех, кто не выполнил обещание, до самой смерти, а их женщин превращал в рабынь, детей отдавал на воспитание монгольским женщинам. Пастбища и города бунтарей он передавал другим владельцам.

Он, кажется, всегда знал, как лучше действовать, и не делал ошибок. Легенды о его удивительной силе и власти обрастали все новыми подробностями, и часто случалось, что он въезжал в город, а там его уже встречали правители и клялись ему в верности и повиновении.

К его империи присоединялись не только дикие орды. Нет! Богатые люди, купцы, торговцы и другой важный люд тоже подчинялись ему. Перед его силой не могла устоять даже мудрость! Даже философы и поэты стали воспевать Темуджина. Те из них, кто повторяли слова о чувстве собственного достоинства, были знакомы с древними учениями, часто первыми шли ему навстречу и воспевали «десницу Божью» и славу Темуджина. Теперь в его окружении были ученые, философы, астрологи. Они ехали за его воинами в носилках, сидели рядом с Темуджином у костров и принимали участие в военных советах. Темуджин очень хорошо относился к одному лекарю, который временами давал ему советы по поводу его здоровья. Шепе Нойон и Субодай посмеивались над этим и отмечали удивительное сходство врачевателя с умершим Кюреленом.

Прежняя старинная вражда народов Гоби была стерта копытами конницы Темуджина. Прежняя свобода и независимость кочевников канула в Лету. Народы Гоби были сплочены вместе в рамках феодальной системы, где царил только один закон — слово Темуджина.

Китайские ученые говорили, что свобода — это самое дорогое и естественное желание человека, но теперь их слова оказались жалкой ложью.