ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Юность» носит отчасти автобиографический характер.Начало романа — юность героя, его первые переживания, учение, его первая любовь к белокурой Зое. Всё это, видимо, списано с натуры. Романтика пере... Юность Евгений Николаевич Чириков Евгений Чириков ПРЕДИСЛОВИЕ Евгений Николаевич Чириков родился в Казани, в 1864 году, в семье безземельного дворянина Симбирской губернии. Из шести детей семьи Чириковых Евгений был вторым. О раннем детстве писатель вспоминает в своих, не целиком опубликованных записках, с большой нежностью. «До десятилетнего возраста я прожил частью в селах, частью в маленьких городах Казанской и Симбирской губерний, на Волге. Пред моими глазами, с первых моментов пробужденного сознанья, развернулась огромная светлая водяная дорога, с манящими в даль синими контурами гор, с безграничным простором лугового и лесного Заволжья». Семья Чириковых жила исключительно на средства, добываемые отцовской службой. И Чириков, с типичным для этого писателя юмором, рассказывает: «нашим первоначальным воспитателем и педагогом были не специалисты этого дела, а матушка-Волга, улица, общение с детворой всех классов и сословий. Условия нашей детской жизни складывались таким образом, что самим собой осуществлялся завет Некрасова»: Жизни вольным впечатленьям Душу вольную отдай, Человеческим стремленьям В ней проснуться не мешай. Уже первые шаги гимназиста Чирикова на пути литературном отразили эти, его жизни, «вольные впечатления». Два стихотворения гимназиста Чирикова были напечатаны в 1882 году в «Волжском сборнике» и оба они посвящены Волге. Но Чириков не считал дату напечатания стихов началом своей литературной карьеры. Стихи ведь пишут все, особенно в ранней молодости. Началом своей литературной деятельности Е. Чириков считает 1887 г. 7 января этого года в казанской газете «Волжский вестник» появился первый рассказ будущего писателя под названьем «Рыжий». Полученные за

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Положительно сказочный сад волшебницы Альцины, где горел в огне любовных страстей Неистовый Роланд… Кипарисы, мирты, белые акации, пирамидальные тополи, олеандры, освещенные электрическим огнем, на фоне черного бархата небес кажутся кружевными, ажурными, неземными… Сказка! Заколдованное царство. Замок Черномора, где томится Людмила… А Людмила со мной, и зовут ее Зоей. А Руслан превратился в Геннадия…

— Боже, как невероятно всё это!..

— Что, милый?

— Да вот то, что это — настоящий, а не сказочный сад, что ты — со мной, что ты моя невеста и скоро… будешь… моей женой… Что вот эта рука, которую я целую, будет моей… Верю и боюсь, что всё это — только сказка.

— Наяву… Ой, Генек, как хорошо! Хочется заплакать от счастья…

— А давно ли между нами была каменная стена… Помнишь, как мы…

— Пас!

— Бубны!

— Червы!

Ах вы, несчастные! На что вы тратите жизнь? Она так прекрасна, так драгоценна и так быстро уходит от нас, а вы…

— Пойдем, Зоя… «Бубны» и «червы» мешают мне любить тебя… Идем к морю!

Когда, выходя из сада, шли темной таинственной аллеей, украли у сада еще один долгий, туманящий сознание поцелуй и, растерянные, опьяневшие, вышли на набережную. Остановились и, прижавшись друг к другу, застыли в молчаливом созерцании. Смотрели в темно-синюю бездну морских хлябей, в бархатное небо с огромными звездами, на далекий красный огонек невидимого парохода. Не хотелось говорить: казалось, что звук голоса оскорбит то тайное и великое, что молчит в природе и в нас…

— У-у-ух! — вздохнуло море и, взметнувшись высоким столбом в высоту, обдало нас холодной соленой пылью.

Чьи-то шаги гулко стучали в темноте.

— Надо домой… — шепнула Зоя и, вздрагивая всем телом, вздыхала, но не шла.

— Зоя! Ты?

— А, папа!.. Ты еще не спишь?.. Вот, позволь тебя познакомить…

— Это твой жених, если я не ошибаюсь?.. Очень рад, очень!.. — сердито забасил тучный господин с одышкой и вяло подержал мою руку.

— Где вы пропадали? Я уже целый час хожу по набережной…

— Почему же ты не лег? Ведь ты хотел спать!

— Разгулялся. Надо большую привычку, чтобы спать под это безобразие…

— Какое, папочка?..

— А вот под этот шум и грохот моря… Я уже закрывался с головой и всё-таки слышно. Пора домой.

— А мы с Зоей Сергеевной думали дождаться восхода солнца…

— В другой раз, молодой человек. Солнце восходит каждый день.

Море взметнуло волну и всех нас облило дождем и пылью. Зоя отпрыгнула и звонко расхохоталась, а папочка стал ворчать и ругать море:

— Безобразие! Весь мокрый… Экая гадость!..

— И меня облило… У-у, всё платье мокрое!.. Придется домой…

— Тут не поправишься, а только ревматизм свой разбередишь!..

Кончилась сказка… Словно проснулся и жалею, что меня разбудили и не дали досмотреть волшебного сна…

— Ну, прощайте, Зоя Сергеевна!..

— Да папа знает, что мы — на «ты»!..