Шейри от неожиданности икнул и резко сел, округлив глаза и неверяще уставившись на мое виноватое лицо. Кажется, не ждал от меня такой покладистости. Но мне действительно нужно было его понимание. И действительно была нужна его помощь.
— Ты… разрешаешь мне?!
Я слабо улыбнулась, искренне радуясь, что хоть какого-то эффекта добилась.
— Конечно. Как я могу тебе запретить?
— Но ты же… хозяйка?!
— Ну и что.
— А я ведь… — Шейри вдруг странно прищурился и наклонил голову. — Ты хочешь сказать, что позволяешь мне выбрать себе имя? Самому?
— Именно, — кивнула я. — Раз его у тебя нет, значит, надо придумать. А поскольку мой вариант тебя не устраивает, то придумывай тогда сам.
— И ты с ним согласишься?
— Да.
— С любым?
Я только вздохнула.
— Да, Бар… да. Соглашусь с любым. Хоть Люцифером назовись, хоть Бальтазаром, хоть Мурзиком… мне все равно.
Кот смерил меня подозрительным взглядом.
— А тебе это зачем?
— Хочу знать, как к тебе обращаться. Ты ведь все равно со мной пойдешь?
Он тут же насупился.
— Мне некуда от тебя деться.
— Да и мне, похоже, от тебя не избавиться. Но я не хочу, чтобы ты ненавидел меня только за то, что чье-то решение заставляет тебя быть рядом. Я не люблю принуждения, понимаешь? И если ты этого не хочешь, то мне проще тебя отпустить, чем каждый день понимать, что ты скорее удавишься, чем поможешь.
— Да не могу я удавиться, — тоскливо прошептал кот, понурив голову. — Я даже шагу без твоего приказа ступить не могу. И уйти от тебя тоже не в силах: заклятие держит не хуже цепей! Понимаешь?
Я оторопела.
— Что значит… не можешь? Ты что, должен и мне теперь подчиняться?!
— Должен, — горестно кивнул шейри, а потом поднял переднюю лапу и сунул мне под нос. — Вот так, дура ты набитая. Смотри, что ты натворила.
Я в ужасе отпрянула: у него лапы оказались стерты до живого мяса! Вместо жестких подушечек там остались только лохмотья содранных мышц! Они до сих пор сочились кровью. Причем так, словно он всю дорогу по гвоздям бежал, а не по обычному лесу!
— Господи… откуда это?! Ты где так поранился?!
— По лесу шел… как ты приказала.
— Я?! — У меня похолодело в груди. — Когда это я?..
И вот тут до меня дошло:
«шел бы ты лесом»…
ой, мамочка! Да что ж это такое-то?! Он что, должен выполнять каждый мой приказ БУКВАЛЬНО?! Велела идти лесом, он и пошел по буреломам и корягам напрямик?! Не огибая, потому что приказ этого не предусматривал, не перепрыгивая, не уклоняясь от встречных веток? Просто потому, что было сказано: «иди» и «вали отсюда»?! Ой-ой-ой! Да что же я натворила?!
Не задумавшись о том, что делаю, я подхватила беднягу на руки и прижала к себе, с ужасом представляя, на что обрекла его, всего лишь выругавшись в сердцах.






