ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Маг Валерий Капранов Первое свидание Кажется, успел… На часах 11–57. Изнывая от духоты и обливаясь обильным потом, я отчаянно работая локтями, пробирался к выходу из переполненного пассажирами маршрутного такси. Что ни говори, а приспособленность наших граждан к «прелестям» общественного транспорта, является неотъемлемой частью их повседневной жизни. Это вам не программный курс школы по выживанию. Это реальная действительность нашего времени. То, за что люди на загнивающем Западе платят бешеные деньги, называя это модным словечком ЭКСТРИМ, нашему соотечественнику даётся совершенно бесплатно. Здесь как нигде, есть возможность испытать всю полноту ощущений. Горячее дыхание, обогащённое насыщенным перегаром с немыслимой комбинацией всевозможных паров от горючих напитков. Устойчивый букет из запахов пота, палёной резины, прелой ветоши и паров бензина, в раскалённом от жаркого солнца салоне, мчащейся по переполненным автомобилями дорогам маршрутки. Обязательно ощущается, привитое нам ещё во времена развитого социализма, неотъемлемое для нас чувство локтя. Оно присутствует, от непроизвольно парализованных тел, набитых в маршрутку как сельди в банку. Всё это дополняется отдельными комментариями по отношению к близким родственникам, в адрес водителя и кондуктора, когда создавшаяся биомасса, проверяет на практике физические законы сжатия и растяжения на крутых виражах и при резком торможении перед светофорами. В эти моменты особенно проявляется творческий потенциал отдельных индивидуумов, раскрывая перед присутствующими неисчерпаемые ресурсы ненормативной лексики и богатого на колорит, ядрёного русского мата. Я не любитель острых ощущений. Скорее наоборот, мне присуще стабильн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А во время чумы в Кастилии, кто просился в мужской монастырь под видом юного пилигрима? — поддержал разговор господина, раззадорившийся оборотень Кот — Ты не знаешь? А, кто настропалил монахов нанести визит вежливости в обитель, где воспитывались послушницы? Всё закончилось пьяной оргией и развратнейшей вакханалией. А потом, оба монастыря объявили местами порока и богопротивной мерзости. Их сожгли, очищая огнём дотла. Разнесли не оставив и камня на камне.

На щеках обольстительницы проступил пунцовый румянец. Язык облизнул пересохшие внезапно губы, а зрачки закатились наверх, в предвкушении приятных воспоминаний. Её пышная и упругая грудь, заходила ходуном от возбудившегося дыхания, и она заметалась по комнате, ища выхода приливу нахлынувших чувств.

— А кто, потом стал виной инквизиторского расследования, соблазнив самого адвоката дьявола? — продолжал свои изобличения, вошедший в роль обвинителя Клео. — Или может быть, вспомним туллонский шабаш, который ты упросила нас позволить тебе провести в ночь перед праздником всех святых? Нет, против тебя, я, конечно, ничего не имею. Но, должны быть и рамки. Не можем же мы, каждый раз прикрывать твою аппетитную задницу.

— Тогда, если она такая аппетитная, — Пепелла, повернулась к нему, демонстрируя предмет разговора, негодуя от возмущения — почему ты обходишь её стороной, не проявив к ней должного внимания? Или я не хороша собой, чтобы удостоиться вашего снисхождения.

— Дорогая, давай договоримся и закроем раз и навсегда эту тему. С меня хватит того, что один раз ты меня уже уговорила. Этого было более чем достаточно. Я потом двести лет отходил от твоих безумных фантазий. На мне места живого не было. Нет, конечно это было так здорово… Но, прошу меня извинить, второй раз я такого не переживу.

— Хм… Не думала, что ты такой ранимый, — фыркнула Пепелла и раздражённо щёлкнула хвостом перед носом Клео. — Обещаю впредь быть кроткой и ласковой, если ты конечно не передумаешь.

— Нет и ещё раз нет, моя дорогая. В ближайшие сто лет, можешь даже и не рассчитывать на мою воссылающую страсть. И давай оставим твои притязания, на предмет моего заклания в жертву.

Быть немыслимо соблазнительной, и в то же самое время бессовестно отвергнутой, никак не входило в планы Пепеллы. Она закипала крутым кипятком, угрожая взорваться шипящим гейзером, в адрес своего обидчика. Князь видел и раньше эту необузданную страсть своей любимой придворной дамы, переходящую в стремительную лавину, сметающую на своём пути любые, стоящие перед ней преграды. Ему никак не хотелось, в этот ответственный момент настраивать её с Клео, друг против друга. Настало время вмешаться.

— Ну, вот что, — сказал Князь, переключая внимание собеседников на себя.