ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война окончена. Узурпатор мёртв. Многие годы в Империи бушевала гражданская война, которая закончилась штурмом столицы и свержением кровавого диктатора, коварством и хитростью захватившего власть в ог... Империя Григорий Сергеевич Павленко Глава 1 426 год от основания Империи Соладар — Алда! — крик разорвал тишину императорских покоев, — Алда, где ты?! — Элхарт, проснувшись и не найдя рядом своей супруги, пытался звать её, но та не отвечала. Несколько минут он метался между сном и явью, между прошлым и будущим. Несколько минут он пытался разглядеть во тьме покоев лицо жены. И лишь когда он пришёл в себя, Элхарт услышал в голове голос Балора: — Она умерла, Эл. Ты должен смириться. И вновь безжалостная память показывала ему белое, как снег, лицо Алды, которое укрывает саваном Корус. Элхарт пытался остановить старого генерала. Приказывал ему, просил, умолял, чтобы тот оставил его жену в покое. Он не понимал, что именно в тот день она обрела настоящий покой. Вечный покой. Но Элхарт навсегда его лишился. И сейчас, сидя в их навсегда опустевшей кровати, одинокий император прошептал те же слова, что говорил ему Балор в тот день: — Она умерла. Алды не стало, и он должен был с этим смириться, но, Господи, как же это было тяжело сделать! Каждый раз после пробуждения он тянул руку на пустую часть кровати, в надежде, что она будет спать рядом с ним. Работая в своём кабинете, Элхарт всегда ждал, что вот-вот тяжёлые двери распахнутся, и в них буквально впорхнёт его жена, которой неожиданно захотелось сказать, что она любит его. Каждый раз, когда он приветствовал людей в тронном зале, то поминутно оглядывался влево, туда, где стоял трон императрицы. Её взгляд всегда удерживал его от ошибки. Но теперь трон Алды был пустым, она больше никогда не войдёт в его кабинет и не обнимет своего мужа, а проклятая супружеская кровать всегда будет холодна, как мрамор. — К чёрту все это! — проборм

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они неслись вперед, словно волна, а легионеры все так же стояли на месте, не двигаясь вперед, но и не отступая назад. Затем запели трубы, и позади линии щитоносцев выстроились лучники, которые выпустили в наступающую орду тучи стрел.

Смертоносный дождь проредил наступающую армию горцев, но серьёзного урона он ей все-таки не нанёс. И спустя несколько минут волна орущих и размахивающих оружием варваров налетела на имперские щиты. Какое-то время шла жаркая сеча. Хароудел слышал крики умирающих и звон мечей даже там, где он стоял. Горцы отчаянно пытались прорвать строй имперцев, но все их усилия тонули в крови.

Свисток. Варвары вновь бросаются в атаку. В их глазах безумие, в их криках ярость. Мечи и топоры бьются о щиты, горцы бросаются на легионеров, пытаясь оттеснить их назад, раздавить своей силой. Прераты

[2]

дают сигнал, и солдаты отводят щиты в сторону для одного-единственного удара. Сотни коротких клинков находят свои цели, и сотни варваров падают на холодную землю. Их братья бросаются вперёд, чтобы отомстить, но вновь наталкиваются на непреодолимую стену щитов. Бой продолжается.

Снова звучит свисток. Легионеры сменяют друг друга. Бойцы из второго ряда закрывают собой тех, чьи мечи испили крови в этом бою. Легион действовал как идеальный механизм, идеальная машина войны. Но в этот раз что-то пошло не так…

Огромный варвар с не менее огромной секирой бросился на легионера. Одним мощным ударом он выбил щит из его руки, оставив солдата с одним лишь коротким мечом в руках. Варвар уже занёс свой ужасающий топор для удара, но тут второй легионер бросился на него, свалив великана с ног.

— Сдохни, гад! — закричал он, отчаянно молотя горца кулаком по лицу, — сдохни!

Варвар пытался отбиваться, но в имперце горела такая ярость, с которой даже его сила не могла сравниться. Из последних сил он попытался схватить легионера за горло и задушить, но эту его попытку прервали сразу два меча, один из которых вонзился в шею горца, а второй в грудь.

— Арекн! Быстро в строй! — крикнул прерат, вытаскивая меч из горла варвара. Ещё один солдат, тот, кто вонзил меч в грудь великана, схватился с горцем, который бросился к своему павшему товарищу.

Арекн с трудом слез с мёртвого врага и, словно не понимая, что он находится посреди жестокой схватки, медленно поплёлся обратно к своим братьям. Прерат же, видя, что парнишке определённо снесло голову, шёл позади него, ударами щита отталкивая назад набегающих варваров.

Битва продолжалась.

Когда Арекн подошёл к строю легионеров, его буквально впихнули между щитов и затолкали в задние ряды. Там ему протянули флягу с водой, которая пришлась весьма кстати. Он сделал несколько солидных глотков, стараясь избавиться от всё ещё бушевавшей в груди ярости.