ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Детектив Фрэнк Делса приступает к расследованию двойного убийства — богатого старика Энтони Парадизо и юной красотки, его любовницы. Фрэнк знает, что в ночь, когда было совершено преступление, в до... Соучастники Элмор Леонард 1 Во второй половине дня Хлоя и Келли пили коктейли в клубе «Гремучая змея». Они сидели в дальнем конце зала. Хлоя говорила, Келли слушала. Хлоя пыталась убедить подругу помочь ей развлечь Энтони Парадизо, богатого папика восьмидесяти четырех лет. Он платил Хлое пять тысяч долларов в неделю за то, что она была его девушкой. Хлоя протянула Келли пачку «Вирджиния Слимс 120». Когда они вошли, ранние посетители проводили их взглядами, гадая, кто же эти две девушки. Такое случалось всякий раз, стоило им здесь появиться. Не шоу-герлз. Скорее фотомодели, привыкшие к подиуму и своим снимкам на обложках глянцевых, гламурных журналов. У них был особый стиль: шерстяные жакеты от дорогих дизайнеров, броские заколки, шарфы, широкие кожаные пояса. Не уличные дешевки, это точно. Они вполне могли быть сестрами; обе высокие, стройные, даже носы одинаково укорочены скальпелем пластического хирурга. Обе блондинки с коротко стриженными волосами. Сегодня они появились в вязаных шапочках «колоколом», надвинутых чуть ли не на глаза, и в темных очках. Ведь апрель в Детройте — месяц прохладный, с неустойчивой погодой, в ближайшие дни даже предсказывали снег. Итак, они курили. Официантка, молоденькая блондинка по имени Эмили, направилась по залу к их столику, накрытому белой скатертью. Она принесла им коктейли «Александер» с джином, безо льда и, как всегда, предупредила девушек: — Простите, но здесь курить не полагается. А вот в баре можно. Келли окинула беглым взглядом черные брюки и накрахмаленную белую блузку Эмили. — А твой босс об этом что-то говорил? — Пока нет. — Ну, так и ты плюнь, — посоветовала Хлоя. — Он нас любит. — Она достала из кармана пепельницу с логотип

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ты арестовал Тайрелла?

— По словам Джерома, он через день работает в закусочной «Мак-авеню» в Гросс-Пойнт-Вудс. Нанесем визит вежливости в тамошний участок. Заглянем в закусочную позавтракать, а ребята из отдела особо тяжких преступлений явятся туда и схватят его на месте.

— Джером готов выступить в суде?

— Я не хочу, чтобы он это делал. На основе его показаний прокурор признает Тайрелла виновным в убийстве без отягчающих обстоятельств и потребует для него от шести до пятнадцати лет. То есть влепит ему срок по полной программе, решив, что тот подлец до мозга костей. Нет, я желал бы пустить слух, будто Джером отказался выступать в суде под присягой. Да, конечно, он дал отпор Тайреллу и набил ему физиономию, но не станет позорить его в суде. Если он поможет опустить Тайрелла на самое дно, то будет считаться предателем своего рода.

— Ты рассуждаешь совсем как «Черные Пантеры» в прошлом, — не без ехидства заметил Уэнделл. — И что это значит «своего рода»?

— Подонки, — нехотя откликнулся Делса. — Та мразь, что торчит у нас каждый день, наговаривает друг на друга и врет.

— Что ты намерен делать с Джеромом? — осведомился Уэнделл. — Наверное, хочешь превратить его в информатора? А он об этом знает?

— Пока что нет. Я займусь им чуть позже, вызову сюда для еще одной беседы. Посмотрю, сможет ли он заложить знакомого.

— Какой же у него стимул?

— Скажу ему, что мы хорошо заплатим.

— Это может сработать раз или два, — усомнился Уэнделл.

— Вчера, — продолжал Делса, — поздно вечером в отеле на Касс старикан не сумел толком объяснить, откуда у него в номере на ковре следы крови. Джекки спросила, почему у него окровавлена рубашка, а он ответил: «О, это Тамми меня обняла, и у нее все время кровотечение». Тамми — потерпевшая. Он пристрелил ее за то, что она стащила двадцать восемь баксов из комода. Его сын и портье, вместе с которым они сбывают кокаин, поднялись в номер и выволокли оттуда труп. Дотащили до пятого этажа и бросили.

— Умаялись, — заключил Уэнделл.

— Да, мне тоже так кажется.

— А что еще? Как там тот парень, сидевший в своей машине на Сент-Антуан? — напомнил Уэнделл.

— Я разговаривал по телефону с его женой, — сообщил Делса. — Она слышала три выстрела. Но ни одного свидетеля у нас нет, работать не с кем. И мы по-прежнему ищем двоих белых, которые отстреливают негров-наркодилеров. Кажется, они должны быть заметными, выделяться, однако мы до них еще не добрались.

— И тот парень, который пришил другого на кладбище, — кивнул Уэнделл. — Интересно, о чем думает человек, тринадцать раз стреляя в другого?

— Разве кто-нибудь из них способен думать? — парировал Делса.

Своим ключом Монтес отпер дверь георгианского особняка, построенного восемьдесят лет назад.